Нечто подобное он испытывал в детстве, сталкиваясь в ссоре со своим младшим братом, – тот тоже умел бунтовать, оказывая при этом глухое непреодолимое сопротивление. Еще тогда, в детстве, Федя Сушков понимал, что, будь он даже в десять раз здоровее брата, у него все равно не отыскалось бы столько сил, чтобы подчинить младшенького своей воле.

– Ты бы, начальник, убрал пушку на всякий случай, что ли. Мы тебе не детвора, чтобы нас стращать! – прервал затянувшееся молчание Грач.

Федор и сам понимал, что выглядит глупо, бегая перед строем зеков с «Макаровым» в руке. Многие из заключенных не однажды побывали в тюряге и во всякого рода переделках и подобное поведение воспринимали как издержки молодости.

Федор, понимая бессмысленность своих действий, в конце концов смирился и неторопливо сунул пистолет в кобуру, долго и тщательно поправлял портупею, а когда поднял глаза, заметил стоящего в нескольких шагах подполковника Беспалого.

Подполковник не спеша приблизился к зекам. Те изучающе, исподлобья поглядывали на старшего начальника.

– Что, Чиграш, сломался? – ни на кого не глядя, спросил Беспалый.

– Да я… Понимаете, товарищ подполковник… это…

– Не мямли! Не с того надо было начинать с этим быдлом.

Ты что, не мужик, что ли?

– Понимаете, я попробовал…

– Бабу будешь пробовать! – И вполголоса добавил: – Смотри, пацан, как надо разговаривать с зеками, и запоминай. Блатные любят силу!

Беспалый повернулся к строю и неторопливо и уверенно прошелся взад-вперед.

– Вот что, мазурики, – негромко сказал Беспалый. – До меня дошел нелепый слушок, будто бы вы не желаете идти в зону. Так это или нет?

Он понимал, что продраться сквозь колючие взгляды толпы заключенных сейчас так же трудно, как пробираться сквозь таежный бурелом босиком.

– Понимай как хочешь, а только в «сучью» зону мы не пойдем! – прозвучало из толпы.

– Этот голос мне знаком, уж не Грач ли это «закукарекал»? – прищурился зловеще подполковник.

– Ты не ошибся, Сашка, это я.

– Теперь понимаю. Ты стал шибко смелым. Но только для тебя и для всех вас я – Александр Тимофеевич. И фамилия моя Беспалый. Как и у бати. Запоминайте сразу, чтобы мне науку эту не вдалбливать в ваши тупые головы дважды.

Беспалый окинул медленным тяжелым взглядом притихшую на время колонну зеков:

– И откуда у вас это упрямство? Только ведь и я упрямец… коли ты, конечно, о том не забыл, Грач? А тут и другие мои знакомые среди вас есть.

А коли не забыл, так расскажи корешам, что за фрукт такой подполковник Беспалый. В общем так, шантрапа, если через пять минут не надумаете по своей воле идти, погоню вас другим способом, как стадо баранов. – И подполковник глянул на часы. – Слово сказано, многие из вас обо мне слыхали и должны знать, что я никогда решений своих не меняю.