Не надо быть мастером тактики, чтобы понять, что этой долгой прогулкой ты заманиваешь меня на свою сторону, исключительно для того, чтобы убедить свой синекожий козырь исправить твои ошибки.

- Мои ошибки? - глаз Одина вспыхнул белой переливающейся силой, которую он сморгнул секунду спустя. - Ётунхейм отбросило после того, как его короля зарезали асгардским посланцем, а энергия радужного моста уничтожила руины их последнего великого храма. Вся история лежала в этом дворце памяти - в этом последнем великом месте их силы. Теперь он - куча камней, а они отказываются от нашей помощи.

С чего бы это?

- Гордость, - бросил Локи, игнорируя его слова. - Или ее остатки? Как ты приписываешь это к моим действиям? Давай, позволь мне засвидетельствовать твое самооправдание.

Один зарычал на него; старые слова, что-то, что даже всеобщий не мог передать. Хлещущие змейки яркой силы сорвались с Гунгнира. Не те пылающие потоки, которыми они могли быть, но достаточно. Более чем достаточно.

Затем они погасли, и все, что увидел Локи на месте Всеотца - это старого усталого короля, почти раздавленного его бременем.

- Будущее Асгарда потемнело почти двадцать один год назад, Локи, - тяжело произнес Один, отворачиваясь.

- Той самой ночью, когда я выкинул тебя отсюда. У тебя нет никаких обязательств, которые необходимо исполнить, никаких навязанных ошибок, требующих исправления. Царству просто не хватало своего принца, - он поднял лицо к небу. - Хескамар. Открой Локи окно во дворец, избавь его от долгой прогулки.

Локи едва заметил ворона, когда тот опустился вниз, крылья хлестали и дрожали, пока он приземлялся ему на плечо, сжимая когтями. Все его внимание было сосредоточено на отце."

"Они никогда не понимали друг друга.

Каждое слово, казалось, попадало мимо цели, каждое действие понималось неправильно. Слишком жестко, когда требовалась мягкость. Слишком сомнительно, когда доверие - все, что было нужно. Слишком нерешительно, слишком холодно, слишком резко, слишком иначе. Локи всегда знал о себе эту правду, когда смотрел в глаза Одина. А сейчас… он ничего этого не видел. Только разочарование и осознание собственной вины. И гордость. Всегда слишком много гордости. Локи это как-то напомнило Тора. Тот тоже всегда промахивался, когда выражал свое истинное отношение.

- Прочь, - пробормотал Локи, дергая плечом. - Я вполне могу столько пройти, - он получил болезненный щипок уха, но ворон улетел в своем обычном представлении послушания. Локи швырнул ему вслед охапку льда, просто чтобы посмотреть как птица разорвет воздух цветными всполохами и исчезнет.

- Ненавижу этого ворона, - резко сказал Один. - Он предназначался тебе в подарок после коронации Тора. Крылатый негодник знает о магии и изменении формы больше, чем кому-нибудь с парой глаз следует знать.