Собачки дышали мне в затылок, лаяли на крутых поворотах. — Откуда он взялся, Иван?

— На Майкопской вдруг стрельба поднялась — кто и в кого стрелял, не скажу, не знаю… А после красный «мерс» из ворот вылетает, а за рулем Коноплев. Может, он их там перебил?

— Иван, где ты сейчас?.. Иван!.. Ордынский не отвечал.

Я увидел его сразу — внизу за парапетом, недалеко от того места, где мы купались с покойным теперь моим одноклассником Толей Кифарским. Перевернутая «синяя птица» дымилась, угрожая взорваться. Я выхватил из нее Ордынского за пять секунд до взрыва; взрыв оказался на близком расстоянии — мне обожгло лицо и руки, взрывной волной отшвырнуло в море, да вдобавок еще чуть не накрыл обломок, упавший с неба.

— Иван! — Я положил Ордынского на песок. На набережной было столпотворение, к нам со всех сторон бежали водители. — Живой?..

— В колесо выстрелил, гад… — сказал он и попытался улыбнуться. — Когда переворачивался, головой сильно ударился… Вы езжайте, товарищ майор… он на «урале» «мерса» нипочем не достанет, вся надежда теперь…

2

И все-таки Коноплева взял не я.

И даже не Никитич.

Взял его капитан милиции Жигарин. Догнал на ардатовской «волге», когда бандит, врезавшись на повороте в магазин «Мода» и бросив в витрине красный шестисотый «мерседес» на всеобщее обозрение, пытался взять в заложницы двух женщин.

Я ничего этого не видел. Когда я подъехал, Жигарин уже сидел на Коноплеве, оглушенном рукояткой пистолета. Вдвоем мы затолкали его в «ниссан».

— Ты войну на Майкопской начал? — спросил я у Жигарина.

— Я. Один из охранников уголовное дело о киднеппинге нашел, которое мне Кудряшов сжечь приказал.

— На хрена ты мне телефон в номере испортил?

— Да он у тебя прослушивался с первого дня. Дядя Витя знал о тебе больше, чем ты сам о себе.

— А легенда твоя почему рухнула?

— Логов продал, сволочь. Пришлось дать согласие на сотрудничество. Но я знал, что Кудряшов следит за каждым моим шагом. Четыре месяца ни к чему и ни к кому не подпускал, при себе держал, проверку за проверкой устраивал. К тому же связь была у Логова.

— Зачем им этот киднеппинг понадобился?

— Онуфриева подгадала момент, когда на счете у мужа не было денег — он на все закупил партию кокаина в Питере, — и вместе с Дядей Витей и Яковенко все провернули, пришлось Онуфриеву заложить цех — как раз тот, под которым работала подпольная лаборатория. А Дядя Витя стал владельцем «Мака» — контрольный пакет у него, а Онуфриев вроде управляющего. Хотя официально все наоборот…

Мы оказались посреди оцепленной площади. На двух агентов спецслужб смотрела пара тысяч удивленных и испуганных глаз горожан, принимавших нас, видимо, за виновников автоаварии. Сквозь толпу протискивались руоповцы.