Секундное ликование, охватившее его, когда у него получилось, испарилось без следа. Получилось не у него, а у отца, который держал его за руку и направлял во время движения. Он повторил и вновь уронил катану, чему даже уже не удивился.

Он наклонился за мечом, избегая смотреть на отца. Не так уж был не прав младший сын Сёгуна, которому он разбил нос, когда сказал, что в нем очень мало крови отца. И воинского умения.

— Идем со мной, — Такеши развернулся и медленно пошел в сторону сада, не сомневаясь, что сын последует за ним. Таро вложил катану в ножны, смахнул с лица пот, выступивший от усталости и страха, и побежал догонять отца — тот уже пересек тренировочную площадку и скрылся за деревьями.

Позади них медленно вставало солнце, и Таро обернулся несколько раз на поместье, пока бежал к отцу. Очень скоро дом оживет, и его охватит суета перед свадьбой его старшей сестры, и не стоило ли им вернуться обратно? Нехорошо, если они опоздают к трапезе, ведь матушка и Хоши будут их ждать… Но отец уходил вглубь сада, и Таро смотрел ему в спину.

Они дошли до пруда и ручья, что звонко журчал, ниспадая по камням, и Такеши остановился у поросшего камышом берега.

— Как ты думаешь, что самое важное для главы клана? — он искоса взглянул на сына, стоявшего на шаг позади.

— Быть хорошим воином, — без запинки отозвался Таро.

— Я — хороший воин? — с едва заметной усмешкой спросил Такеши, и мальчишка вскинул голову.

— Ты — великий, — просто отозвался его сын. — Все так говорят.

— Вот как, — Такеши усмехнулся уже открыто. — А «все» не говорили тебе, сколько раз я был в плену?

— Дважды, — Таро чуть склонил голову вбок, и прядь темных волос упала ему на глаза.

— Ты учил нашу историю. Знаешь, что мой брат сотворил с кланом, — он не спрашивал, но все же дождался от сына быстрого кивка. — Знаешь, почему Хоши выходит замуж в клан Асакура?

— Да, отец.

Таро опустил голову.

— Кто помог мне сбежать от Тайра во второй раз? И почему через несколько лет после войны мы едва не потеряли влияние на клан твоей матери?

Мальчишка, слегка опешивший от лавины вопросов — горьких, болезненно-острых, в замешательстве смотрел на Такеши. Он чувствовал, что может ничего не говорить — отцу не были нужны его ответы.

— То, что тебе говорят… то, что ты не так хорош, как я в твои годы, — Такеши повернулся к сыну и сжал единственной рукой плечо, заставляя смотреть себе в глаза. — Не это определит, каким главой клана ты будешь. Не то, выучишь ты эту связку, или нет. Ты должен уметь думать. Ты должен уметь думать сам.

Таро на секунду опустил взгляд. Отец упрекал его — и вполне заслуженно.

— Быть великим — недостаточно, — Такеши фыркнул и отпустил его, шагнув назад. — Я был великим воином, но я совершал такие ошибки, которые ты не сможешь и представить.