Глубокая зима, а я в одном платье и с сумочкой, но мне отчего-то ни капли не холодно.

– Смотрю на твои губы, – открыто отвечает Ярослав.

Я снова подвисаю. Поднимаю голову, сталкиваюсь с бушующими в его взгляде эмоциями. Пытаюсь хоть что-нибудь понять.

– Думаю, если поцелую, получу пощечину или ответ?

Полтора года я считала, что в наш последний разговор мы все решили. Ярослав получил свободу и повышение в карьере, а я – возможность стать модельером, как всегда и мечтала. Он дал мне денег на светлое и безбедное будущее, а я ему хоть и подпортила жизнь, но надеюсь, что поспособствовала карьерному росту. Судя по тому, что он здесь – да. А если взглянуть на часы на его запястье, то уверена, что перевод в столицу пошел ему на пользу. Хотя бы в материальном плане. С эмоциональным я пока не разобралась. Все, что Ярослав сейчас показывает, слишком смешано и непонятно, но выглядит он немного уставшим. Впрочем, и я не лучше. Последние недоспанные ночи отчетливо отражаются бледным цветом кожи лица.

– Сколько ты выпил?

Не помню, чтобы между нами были подобные откровения, даже когда мы находились в браке. Сейчас же тем более все выглядит странно. Списываю на алкоголь и стресс из-за работы. Ярослав теперь большая шишка, на нем огромная ответственность, а тут я подвернулась под руку. Возможно, сыграли воспоминания.

– Полстакана виски, так что почти не считается, – с ухмылкой отвечает Ярослав.

Я впервые его таким вижу. Откровенным, даже развязным. В нашу прошлую встречу в ресторане он был собранным, деловым и холодным. Все, как я привыкла. Как и всегда прежде.

Пока я анализирую, Ярослав позволяет себе рискнуть. Придвигается максимально близко, почти вжимается в мое тело своим. Пока еще не целует, но уже задевает шумным дыханием шею. Я вздрагиваю и вспоминаю все, что успела искоренить из памяти. Все те чувства, что я испытывала с Ярославом прежде, ярко оживают. В животе порхают бабочки, между ног становится влажно, а сердце в груди отчаянно барабанит.

Я прислоняюсь затылком к дереву и запрокидываю голову вверх. Там нет никакого зеркального потолка, как тогда, на базе отдыха. Лишь бескрайнее черное небо с множеством звезд, но я почему-то вспоминаю нас на смятых мокрых простынях. Переплетенные тела, громкие стоны, хриплые выдохи и быстрые толчки. Пока во мне стремительно зарождается желание, Ярослав позволяет себе куда больше, чем следует бывшему мужу – забирается рукой под подол платья и обхватывает ладонью мою ягодицу.

Едва он накрывает мои губы своими, я оживаю. Прихожу в себя за считаные секунды. Рот наполняется давно забытым, но знакомым вкусом, и я наконец вспоминаю все, что было. Мое одиночество, реки пролитых слез, токсикоз и роды. Мне было тяжело, а его не было рядом.