Не хочу, чтобы слуги считали меня его рабыней. Я женщина и хочу, чтобы со мной достойно обращались. Пусть объяснит.

— За то, что ушла из дома. Иди, я сказал!

Давящий взгляд мужа заставил шагнуть на ступени.

Скоро мы оказались в моей спальне. Адальхарт по-хозяйски скинул крышку с коробки и, рассматривая, поднял котёнка. Малыш от страха растопырил маленькие пушистые пальчики с коричневыми подушечками.

— Что ты делаешь? Не обижай!

— Я лишь смотрю, — рыкнул злой “муж”. — Отныне будешь сидеть в комнате, запрещаю даже гулять.

— Замужество с тобой похоже на тюрьму! Мне что, нельзя было выйти из особняка?! В конце концов, ты не говорил, что я не могу покинуть дом!

Я, конечно, чувствовала огромную вину за встречу с Эскортом, но моё хрупкое положение и беспросветное отчаяние требовали дать выход бессильной ярости, и ссора с мужем, на которую я нарывалась, отличный способ выпустить пар. Я же, в самом деле, не тумбочка, а живой человек. И, если мне нужно прогуляться, пока муж на службе, то почему бы нет?!

— Вообще-то говорил. “Ни шагу от меня” — я так говорил тебе! В следующий раз напишу на лбу, чтобы не забыла!

Он неистово злился, но мне от его злости сделалось веселее. Потому что я чувствовала, что он делает это из-за беспокойства. Мне было приятно.

— Хотя, нет лучше сразу свяжу! — прошипел Роберт, продолжая изучать моего пушистого малыша, крутить его лапки, ушки и хвост.

Котёнок испуганно попискивал.

— Изверг! Не мучай, дай мне его! — потребовала я, потянув ладони.

Роберт вернул мне котёнка, и я, прижав малыша к груди, присела на постель.

— А ты куда смотрел, толстяк?! — фыркнул Адальхарт на Анхора, усевшегося в дверях и пристально наблюдавшего за перемещением из рук в руки котёнка.

— Он вообще-то не толстый! — буркнула я.

Роберт с прищуром поглядел на меня, поставил руки на пояс и, помотав в негодовании головой, заходил по комнате, которую, надо сказать, привели в порядок. Ковёр был высушен, и на постели лежало новое бельё.

— Додумалась ещё взять с собой котёнка! — зло прошипел Роберт. — Он очень уязвим! Если что-то с ним случится, ты лишишься магии! И лишишь меня детей! А короля внуков. Ты вообще ни о чём не думаешь, Лера. Ну, конечно, куда тебе мои заботы!

— То есть я легкомысленна? — фыркнула я.

Да, мне было очень стыдно, но я всё равно пыталась себя защитить, ведь больше было некому.

— Невероятно легкомысленная! — подтвердил Роберт, закончив курсировать, и остановился прямо передо мной.

После недолгого молчания, он объявил:

— Меня отстранили от должности инквизитора на месяц!

50

— За то, что обыскивал дом Эскорта? — закусила я губу.

— Да, — сдавленно прошипел Роберт, но не стал выспрашивать, откуда я знаю. Вся столица, полагаю, об этом гудит.