Я уставилась в одну точку, чувствуя, как сердце заколотилось в груди, отдаваясь оглушительным шумом в ушах.

Если раньше было ощущение, что я сплавлялась по бурной горной реке, пытаясь не перевернуться, то теперь будто летела с водопада вниз. Еще чуть, и толща воды сомкнется надо мной навсегда."

"«Мама...» — почему-то всплыло в голове. Что, если это Бог меня наказывает за мою обиду на маму? Обиду на то, что она бросила меня в роддоме. А теперь я и сама в такой ситуации, что никому не пожелаешь. Мол, пройди ее путь, потом осуждай.

— Ребенка я оставлю, — твердо заявила я, положив руку на пока еще плоский живот.

 — Тут и разговоров быть не может, Аль.

Подруга кивнула, будто и не сомневалась в ответе.

— Тогда надо срочно искать работу, чтобы оттуда в декрет выйти. Хоть какая-то денежка капать будет.

Затем будто встрепенулась, даже несмело улыбнулась:

— Мил, может, в суд подать, а? Ну, чтобы быстрее шевелились с жильем? Собственная квартира в твоем положении — это уже ого-го сколько.

Я тяжело вздохнула и покачала головой.

— Помнишь, про Аллу еще года два назад рассказывала? Что она подала? Зря только деньги и нервы потратила.

Ну переместилась она из обычной очереди в «судебную», стала не триста сорок восьмой, а двести восемнадцатой. А жилья как не было, так и нет, причем до сих пор.

— Понятно, — приуныла Аля.

Мы обе замолчали, погрузившись в свои мысли.

— Слу-у-ушай! — вдруг подняла палец она. — Надо папаше сообщить чудесную новость, пусть поможет, хотя бы на первое время.

— И как ты себе это представляешь? Вот так возьму и заявлюсь к незнакомому мужчине?

— Ни хрена себе незнакомый! — всплеснула руками Аля. — Он так-то мамой тебя сделал.

— Аль, ну у нас же с защитой все было.

— Угу, офигенная вышла защита, как я посмотрю, — разозлилась подруга. — И чем защищались, если не секрет?

— Ну чем-чем, резинкой, — пожала плечами я.

— Для волос, что ли? — фыркнула она.

— Очень смешно... — отмахнулась я. — Да и где мне его искать? Каждый день в клубе караулить, что ли?

— Надо будет, и покараулишь. У тебя что, вариантов много?

Вариантов не было, но почему-то при мысли о том, чтобы обратиться к Аполлону, я мучительно почувствовала, как щеки наливаются румянцем.

— Поздно краснеть, — философски заметила Аля, но потом посерьезнела и заговорила с обидой в голосе: — И я не шучу, Мил.

Рассмотри этот вариант, серьезно так рассмотри. Он тоже участие принимал, вообще-то. Вот пусть и отвечает наравне с тобой. А то привыкли: дело сделал, и в кусты.

Я сразу увидела: это личное. Оно и понятно, муж бросил Алькину сестру на шестом месяце беременности, и это притом, что у них уже было двое детей. Отец года, чтоб его.

Согласно кивнула и заявила:

— У меня завтра два собеседования, Аль. Авось что и выгорит. Работу найду, уже проще станет. Все хорошо будет.