Находчивый ублюдок!

— Как обошел камеры? — спросил я.

Ремезов ухмыльнулся, сделал характерный жест пальцами, потерев их друг о друга. Деньги.

Логично.

— Пришлось быстро ориентироваться и заплатить сверху, когда уборщица позвонила и сообщила, что Мила рожает. Повезло, что она как раз работала в нужную смену. Еще и ты все портил, — бросил он обвинение мне в лицо, — то шлялся по бабам, то вдруг в евнуха превратился. Пришлось сочинять компромат и пользоваться фотошопом, чтобы «свести» тебя с очаровательной блондинкой. Мила должна была приехать ко мне в кафе в день родов, после фото и анонимки о том, почему ты на ней женился.

Я шумно задышал и еле усидел на месте. Значит, он ей рассказал. И это явно дело рук Лисицына, который вполне мог подозревать, что женюсь не по любви. Вот гнида!

— Ты убил ее, ты ее убил! — внезапно зверем завыл Ремезов, потеряв остатки человечности. — Это все ты!

— Рот закрой, — рявкнул я, и тот притих. — Мила жива. Но ты до нее уже никогда не доберешься.

Олег выпрямился, как струна, сильно побледнел и начал переводить взгляд с меня на Руслана.

— Вы врете, — замотал головой он. — Врете. Я все вам рассказал, потому что она мертва. Мертва!

— Давай дальше сам, — повернулся я к Руслану, встал и медленно вышел из комнаты.

Ремезов сказал достаточно. Его точно упекут: или в тюрьму, или в психушку. Что-то мне подсказывало, что второе.

С тяжелым сердцем я шел к операционной. В одном был похож на Олега: тоже молился всем богам, чтобы моя любимая девочка перенесла операцию.

Не представлял, как буду жить без нее. И представлять отказывался.

Глава 63

Артур Арчин

— Ждите. Как только будет информация, вам сообщат.

Вот и все, что мне беспристрастно выдали у стойки регистратуры.

Пришлось сидеть на банкетке, гипнотизируя взглядом двери в операционную.

Почему так долго?

Мозг кипел. Сводила с ума мешанина мыслей о Миле, Ремезове и том, что он поведал. И злость. Злость на себя, что так долго тянул, не признавался жене в любви. Не рассказал правду об изначальных мотивах сразу. Она бы поняла, теперь я чувствовал. Моя чувствительная и отзывчивая Мила обязательно бы поверила мне.

Но я смалодушничал, чего уж там. Вернуть бы время вспять...

«Все будет хорошо», — повторял про себя как мантру. Мой сын обязательно еще увидит мать. А я — жену.

Мне постоянно казалось, что прошли часы и часы, но экран мобильного показывал, что всего несколько минут. Ожидание хуже смерти — это точно.

Когда я дошел до точки кипения, начав нервно постукивать ногой по полу, дверь в операционную вдруг открылась, и оттуда вышел хирург.

Он снял медицинскую шапочку и... понурился."

"Я вскочил с банкетки, чувствуя, как лоб покрылся холодным потом. Руки задрожали.