Мила, видимо, не учла тот факт, что за спиной Сирануш Акоповны стоял шкаф с прозрачными стеклами и зеркальными вставками. В них-то я ее и увидел.

Я нахмурился. К чему весь этот цирк? Я что, тиран какой, что ли? Можно подумать, Милу дома так достали, что она использовала любую возможность оттуда сбежать. Я никак не мог понять, отчего ей так хотелось работать? Многие на ее месте радовались бы возможности сидеть дома и заниматься чем угодно.

Сирануш Акоповна сцепила пальцы в замок и обратилась ко мне:

— Видите ли, Артур Германович, очень многое зависит от состояния будущей мамочки.

Мила — молодая здоровая девушка, и в ее случае, по крайней мере на данный момент, я не вижу никаких противопоказаний. Может работать, если она сама того желает. К тому же тошнота уже должна пойти на спад, а скоро и вовсе перестанет беспокоить.

Мила осторожно присела на стул рядом со мной и не сдержала довольной улыбки.

— Да-да, — затараторила она нетерпеливо, — мне уже намного лучше!

Весь ее вид кричал: она несказанно счастлива тому факту, что врач разрешила работать.

— Посильная физическая активность тоже не возбраняется, — добавила Сирануш Акоповна.

 — Ну, и прошлый запрет тоже снят.

Я открыл было рот, чтобы уточнить, что врач имела в виду, но Мила порозовела до кончиков волос, и вопрос отпал сам собой. Речь явно шла о сексе.

Ну вот, вторая хорошая новость за день.

Мы поблагодарили врача и вышли из кабинета.

Мила продолжила смущаться и кидать на меня короткие взгляды.

Я мысленно закатил глаза и вздохнул. И чего так смотреть? Можно подумать, я на нее вот прям сейчас накинусь. Что я, маньяк какой, что ли? Подожду до дома.

Я открыл дверь и подал Миле руку, чтобы поддержать, пока она спускалась по лестнице.

Свободной рукой достал брелок с ключами от машины и вдруг почувствовал сопротивление — Мила испуганно застыла.

Я проследил за ее взглядом и заскрипел зубами: Ремезов собственной персоной. Шагах в двадцати от нас.

— Мила, послушай меня! — заорал он.

Двое парней-охранников ринулись ему наперерез и уже держали его, не давая приблизиться.

Как он вообще узнал, во сколько мы будем тут? У меня серьезные вопросы к клинике, и я обязательно их задам. Позже. Как и своей охране.

— Мила, не выходи за него замуж! Ты не можешь! — продолжил орать этот придурок.

— Задержите его, — кивнул я охране, а потом повернулся к Миле: — Пошли.

Я схватил ее под локоть и повел на стоянку."

"Щелкнул брелоком, помог Миле устроиться на заднем сиденье, а сам открыл дверь со стороны водителя и завел машину, чтобы включить климат-контроль.

— Подожди меня.

И решительным шагом отправился обратно. Когда подошел, процедил красному от натуги Ремезову, который пытался вырваться из захвата охранников:

— Это плохо, что ты меня не понял с первого раза.