Я неспешно подошел к приоткрытой двери, да так и замер с открытым ртом.

Мила в коротких шортах и майке на тонких бретелях ритмично вертела попой, поворачиваясь вокруг своей оси, при этом трясла в воздухе руками так, словно держала в них табличку. Видимо, в такт музыке — на ее голове красовались наушники. Грудь при этом тоже подпрыгивала в такт движениям.

Она настолько увлеклась процессом, что даже не смотрела в сторону двери, так что я остался незамеченным.

Сначала я даже не понял, за что зацепился мой взгляд. Потом дошло: что-то странное творилось с ее волосами. Они выглядели намного более объемными, чем я привык их видеть, и пушились, словно одуванчик. Да что там, Мила в целом выглядела по-другому, совсем не так, как со мной.

— На танцполе полный джа-а-аз, — вдруг пропела вслух она весьма мелодичным голоском, — рум-пум-пум-пум-пум-пурум...

Все так же качая бедрами, продефилировала к холодильнику, достала из них яйца и вернулась к плите. Повернулась ко мне спиной и, похоже, начала жарить яичницу. Во всяком случае, я услышал, как зашипела сковорода.

Что ж, я был прав: Мила — отличная актриса, и она явно передо мной играла какую-то роль. Потому чтоэтадевушка имела мало что общего с той, которую ежедневно видел я.

Хорошее настроение как рукой сняло, и на тренировку я ехал в мрачнейшем расположении духа. Возвращался домой в таком же, еще и уставший.

И, кто бы сомневался, Мила встречала меня совсем другая. С прической, в приталенном зеленом платье и при полном макияже. От нее пахло свежестью, но отчего-то это все не доставило мне никакого удовольствия.

— Поехали, — хмуро буркнул я.

— Может, пообедаешь? — подняла брови Мила, — наверняка голодный.

— Не хочу, — отрезал я ледяным тоном.

Уголки ее губ опустились, она вздохнула, но безропотно двинулась за мной.

Машина с охраной ехала следом.

По дороге я то и дело бросал на Милу косые взгляды.

Она с силой сжимала в руках сумочку и явно нервничала: так ерзала по сиденью, что рисковала протереть в нем дырку.

— Что такое? — в конце концов не выдержал я.

— Мне страшно, Артур.

— Почему?

— Ну как почему, — явно удивилась моему вопросу она, — это же первый скрининг. Вдруг что-то не так?

— Все будет хорошо, — уверенно произнес я.

— Ты не можешь знать этого наверняка, — с обидой протянула Мила. Ее голос дрогнул: — Вдруг какая-то патология?

— Не накручивай себя, все будет отлично.

Я понимал ее опасения, но сам — даже не знаю почему — не сомневался в том, что с анализами и УЗИ все будет в порядке. Однако не мог передать свою уверенность ей, а мои слова ничуть не помогали.

Остаток пути и вовсе провели молча.

Еще и приехали немного раньше, и нам сказали, что придется подождать.

«Просто супер, томиться в ожидании — то что надо, чтобы Мила дошла до ручки».