Ничего разумного не осталось. Словно не было никакого подобия близости между нами совсем недавно, как и перед рейсом до Лондона. Да и вообще… Не только эти два месяца, что я, как побитый пёс, таскался по миру в поисках своей пары.

И…

Да нахрен всё!

Подхватил девушку под ягодицы, вынуждая шире раздвинуть свои красивые ножки и обнять меня ими, после чего шагнул к стене, прижимая её к ней спиной. Очень старался вновь не причинить ей вред, но вряд ли проявил достаточно сдержанности, когда без всяческих прелюдий вторгся в податливое тело. Вбивался в неё действительно на грани сумасшествия. Слишком нестерпимо нуждался в том, чтобы чувствовать её. Максимально. Когда никаких преград. И даже воздух — и тот один на двоих. Когда для неё самой не существует ничего в этом мире, кроме меня — единственного, а она кусает губы и закатывает глаза от пронзающего её удовольствия, прежде чем её внутренние мышцы сожмут мой член крепче, заставив кончить нас обоих почти одновременно.

И потом мы оба далеко не сразу вернёмся в реальность.

Она — практически без сил, распятая между мной и стеной, пытающаяся выровнять своё рваное дыхание, и я — тот, кто не может ослабить хватку даже в этот момент, дать ей хоть чуточку больше свободного пространства. Просто потому, что не могу. Не будет у неё никакого пространства, отдельно от меня. Никогда. Несмотря ни на что. Последнее мелькнуло в моей голове не один раз, и даже не сотню. Наряду с биением не только моего или её сердца, но и ещё двух маленьких сердечек, тех что жили внутри моей пары. Даже если это всего лишь пресловутая грёбанная парная зависимость. Слишком глубоко она во мне. Зависимость. Аврора. И всё то, что пришло вместе с её появлением в моей жизни.

— Ром…

— Что, сокровище моё?

— Что за сделка?

Сделка…"

"То, о чём я сам должен был ей рассказать, тогда бы и не пришлось нам обоим переживать всё это. Я и собирался. Правда, совсем не при таких обстоятельствах. Но что уж теперь.

— Я возвращаю тебя отцу. Он — даёт то, что нужно мне, — выдавил из себя. — Обмен. Мы с твоим отцом не очень-то и ладим. Старые счёты. Собственно, из-за них мы с тобой и поссорились.

Аврора призадумалась, не спеша задавать новые вопросы.

— И как обмен? Удался? — поинтересовалась по итогу каких-то своих дум.

Мысленно усмехнулся.

— Я в нём не нуждаюсь.

— Тогда зачем согласился? — нахмурилась.

— А я соглашался? — переспросил, наконец, собравшись с силами, чтобы покинуть душевую.

Воду выключил. А девушку так и не перестал прижимать к себе, когда вернулся в спальню. Улёгся сам и её на себя сверху уложил. Она чуть повозилась, устраиваясь удобнее, но слезать с меня не стала.

— Тебе было плохо. Я не мог не приехать, — дополнил.