Я видела его всего раз — торчащим из груди мертвого мужчины, но мгновенно узнала богато украшенную рукоять и острую сталь. Кто-то, достав его из трупа, отправил в казну. Я поскорее отвернулась от кинжала. Что-то темное шевельнулось в душе при его виде, и я не желала в этом разбираться.

Я совсем отчаялась, когда в одном из сундуков нечто призывно блеснуло алым. Сердце учащенно забилось. Я знала — это оно, еще не видя предмета. Подобрав юбки, перелезла через тюк с тончайшим шелком, протиснулась между сундуками с монетами и облегченно вздохнула: интуиция не подвела, действительно оно.

Колье с рубинами. На мой вкус чересчур громоздкое. Много ярусов, с сотнями камней разных размеров, от мелких до по настоящему крупных. Я бы не назвала колье красивым. Вызывающее — да, дорогое — определенно. Я предпочитаю более изящные вещи, но для моего плана колье подходило идеально. Если вытащить камни и продавать по одному или расплачиваться прямо так, хватит надолго. Не колье, а маленькая личная казна.

— Выбираю его, — я подхватила колье с груды других украшений.

Тор поморщился:

— Прежде твой вкус был лучше.

Я пожала плечами.

Пусть думает, что хочет. Мне нужно это колье.

— Бери, — кивнул он. — Отныне оно твое.

— Спасибо, подарок удался на славу.

— Теперь ты довольна? — Тор не позволил мне уйти, загородив проход.

— Более чем, — заверила я. — Ты возьмешь что-нибудь себе?

Я спросила это просто так, чтобы сгладить неловкую паузу, но Тор отреагировал странно. Коснувшись моего виска, он произнес:

— Я вижу здесь всего одно истинное сокровище."

"Мне стало не по себе от его хриплого голоса и увеличившихся зрачков. Говорят, если человек смотрит на то, что ему нравится, его зрачки расширяются.

Только этого не хватало. Как бы новое тело не реагировало на Тора, мне — Анне Беляевой — хотелось держаться от него подальше.

— В твоих волосах — солнце, а в глазах — ночь. Ты заключаешь в себе и свет, и тьму, — произнес Тор. — Хоть раз ответь честно, Алианна, почему ты выбрала его? Из-за этих побрякушек? Тогда я имел право лишь на четвертый круг, а ты хотела вещь из пятого. В этом дело?

Особого ума не надо, чтобы догадаться: речь о первом муже. Посеянные случайным замечанием Никласа сомнения, вспыхнули с новой силой: что если это Торвальд убил Вилфреда? Не лично, конечно, его в крепости не было на тот момент.

Но убийц можно подослать. Не поверю, что в средние века не встречались киллеры.

Пока я подбирала ответ, Тор истолковал мою заминку по-своему.

— Не хочешь говорить, — он поджал губы, отчего его лицо приобрело жесткое и даже жестокое выражение. Та трещина, что дала стена, которой он отгородился, была благополучно зацементирована. — Я могу заставить.

— Снова накажешь? — вздернула я брови.