Смотрю на Никиту и, прежде чем занять предложенное место, прижимаюсь губами к его губам."

"– Ого, – глухо выдает тот, когда неожиданная ласка заканчивается. Сжимая ладонями мою талию, задерживает, не давая отстраниться. – Фишка, чаровница… Мм-м… – прикрывая веки, ведет носом по моей щеке. – Какая же ты чумовая, Чарушина… Хочу себе. Тебя, Мариш. Давай уже, сдавайся!

– Мм-м… Не так быстро, Никит, – упираюсь ладонями ему в грудь, но сильно не сопротивляюсь.

Желаю, чтобы Даня этим контактом вдоволь насладился. Смотрит же? Проверять не рискую, но очень на это надеюсь.

– С восьмого класса мне снишься, веришь? – признается Орос, обдавая меня частым дыханием, которое отчего-то на моей коже ощущается каким-то липким и неприятным. – Хочу тебя, Чарушина! – выталкивает максимально решительно, буквально требовательно. – Я себе цель давно поставил, что будешь моей. Будешь, Мариш! Я, блин, готов на тебе даже жениться, веришь?

Выпалив последнее, стискивает меня еще крепче и, слегка отстраняясь, смотрит в глаза.

– Прямо сейчас, что ли? – смеюсь, чтобы смягчить неловкость.

– Да хоть сию секунду, Чарушина!

– Черт… – хохочу громче. – А у тебя серьезный подход! Приятно, когда так! Таких предложений мне, определенно, еще не делали!

– Так соглашайся! – выкрикнув это, резко встает передо мной на одно колено.

Я знала, кого звала с собой. Рассчитывала на запал Ороса. По размаху в действиях мы с ним в чем-то похожи. Однако, черт возьми, аж прям такого не ожидала, конечно же.

Смеюсь, когда по задымленному залу расходятся крики. Одни одобряют и улюлюкают, а другие вопят: «Мужик, проспись!» Но внимание мы привлекаем, однозначно.

– Погоди… Я подумаю, – кокетничаю, поглаживая ладонями широкие теплые плечи Никиты. – Вставай, пожалуйста.

– Встаю, пожалуйста, – со смешком комментирует собственные действия. – Только с ответом теперь не отвертишься.

Красивый он все-таки… Улыбка шикарная. Черты лица на зависть мировому топ-10. Идеальное сочетание смазливости и мужественности, так еще и харизма в наличии. Задор, граничащий с дерзостью. Все, как я люблю. Но что-то не то. И все же я позволяю ему себя обнять.

Может, что-то и правда у нас получится?

Только вот дьявол манит в другую сторону. Неудержимо веду взглядом, чтобы оценить реакцию Дани, и тотчас сумасшедшей мукой захлебываюсь. Он не смотрит на нас. С выразительной страстью стискивает и целует свою девчонку.

Внутри меня в очередной раз какой-то важный датчик перегорает. Сердце продолжает стучать, но делает это уже настолько откровенно нездорово, что остается лишь ждать секунды, когда все это дерьмо под названием «Моя прекрасная жизнь» закончится.

Вновь заставляю себя отвернуться. Когда садимся за стол, невзирая ни на что, фокусируюсь исключительно на Никите.