Еще примерно час занимает закапывание и вандализм по клумбам, которые мы обносим, срывая банальные астры, чтобы обложить ими могилку бедного животного. Откровенно говоря, мне кажется, что собачонка сдохла не от страха, как сказала Гала, а от того, что хозяйка ее – его, пардон, – залюбила до смерти.

– Я тогда вызываю такси, – говорю Вике на обратном пути к дому Галы.

– Как это? А помянуть Булочку? – внезапно оживает Гала.

– Мне надо ехать, меня ждут.

– Подождут, – заключает Вика.

– Почему ты меня заставляешь это делать? – шиплю я так, чтобы Гала за своими всхлипами не услышала меня.

– Потому что я одна рехнусь с ней. Ты моя должница.

– Я завтра сама позвоню папе и все расскажу про то лето. Ты задрала меня этим шантажировать.

– Сегодня, – поправляет меня Вика.

– Да хоть и сегодня, – раздраженно бросаю я."

"– Завтра уже сегодня, Ась, – поясняет она. – Уже пять утра.

Бросаю взгляд на наручные часы и ахаю. Оказывается, операция «Погребение» заняла гораздо больше времени, чем я думала. Это что ж она, получается, пару часов там стонала над могилкой собаки?! Господи, бедной животинке даже умереть спокойно не дали.

– Час, Вика, – строго чеканю я. – Час, и ни минутой больше.

– Полтора, – спорит сестра.

– Час десять.

– Пятнадцать.

– Идет.

Мы ударяем по рукам и заходим в подъезд Галы. Уже сейчас я понимаю, что это был адский день, такая же говняная ночь, но утро я собираюсь провести в приятной компании Ванечки.

В восемь утра я выбегаю из дома Галы, понося ее и мою сестру последними словами. Эти курицы за час успели так надраться, что забыли, зачем вообще собирались, и в итоге устроили танцы. Конечно же, к нам пришли соседи, сильно возмущенные таким поведением.

Гала обещала сделать музыку тише. И делала, но всего минут на десять, а потом все начиналось по новой. В конце концов, кто-то не выдержал и вызвал полицию. Мне пришлось притворяться их новой соседкой, которая также пришла выяснять отношения, чтобы прорваться сквозь нескольких человек, которые в ожидании полиции караулили на лестничной клетке. Если я правильно расценила вибрации, исходящие от них, нам троим хотели накостылять. Так что, не желая получить по лицу, я вырвалась из квартиры с криком: «Шмары!»

Потом соседи, конечно, обступили меня и не выпускали из своего чертового круга, пока я не выслушала каждое возмущение и не кивнула с пониманием.

Мы ждали полицию, а я пыталась улучить удобный момент, чтобы свалить как-нибудь незаметно. Второй раз попасть в отделение за одни сутки – это перебор даже для меня. Так что, соврав, что забыла выключить утюг, я свалила вниз по лестнице. А как только исчезла из поля их зрения, ломанулась так, словно за мной гнались зомби.

Теперь у меня только одна цель – доехать к Ване и признаться в своих чувствах.