И что отвратительно: его ничто не способно было научить обращаться с ней уважительно. Он будто верил, что, теряя с ним невинность, Арина потеряла и достоинство.

— Так не будет, — твердо сказала Арина, втирая мужу в поясницу согревающий бальзам. — Я не поддамся, Саш, не думай. Колотить ты меня не посмеешь. Для этих целей тебе надо было поискать другую.

— Мне другая не нужна. Я тебя люблю, — бубнил муж, уткнувшись носом в подушку.

— Так люби нормально! Без этих твоих штучек! Зачем?! Зачем тебе все это?!

— Ты меня так иногда бесишь, Аринка, — со вздохом признался муж и застонал, когда она сильно нажала на больное место. — Так иногда бесишь! Вот в постели у нас с тобой все идеально. Просто не могу представить, с кем бы мне еще так было хорошо, как с тобой. Но стоит выбраться из-под одеяла…

— Что во мне не так, Саша?

Арина осторожно перевернула мужа на спину, укутала толстым шерстяным пледом. Погладила его по гладковыбритому лицу. Провела ладонью по его голове. Она любила это лицо. Смуглое, с жесткой линией рта, карими глазами, по-мужски изящным носом. Когда эти глаза смотрели на нее с соседней подушки, они наполнялись нежностью, страстью, но как быстро все это исчезало, стоило Арине и Саше начать спорить.

Она повторила:

— Что во мне для тебя не так?

— Я не знаю. Я не могу разобраться, — слабым голосом отозвался он после паузы. — Может… Мне иногда кажется, что ты для меня слишком умная, что ли?! Мы с тобой иногда будто иностранцы! Будто говорим на разных языках! Язык тела нам с тобой понятен! И все! Потом начинается какая-то абракадабра!..

Абракадабра длилась уже почти десять лет.

Пять лет они встречались. Красиво все было! Очень красиво! Они не могли надышаться друг на друга, не могли друг другом насытиться. Им даже говорить друг с другом не было необходимости. Все казалось таким простым и понятным."

"Через пять лет они поженились, и оказалось, что говорить-то им и не о чем. Точнее, необходимость в диалоге возникала постоянно, но диалога не получалось. Ссоры… Постоянные ссоры первые три с половиной года. Потом Саша начал пытаться поднимать на нее руку. Она простила только первые две пощечины. Потом начала давать сдачу. Однажды их драка привлекла внимание соседей — двух пожилых сестриц из квартиры напротив, и те вызвали полицию. Не передать словами, как Арине было стыдно отвечать на вопросы приехавших патрульных.

— Это точно вы ударили его в область глаза?! — без конца повторял старший сержант и опасливо ежился, посматривая на громадных размеров гематому под Сашкиным левым глазом.

— Я.

— Но разве женщина может так-то? — удивлялся патрульный. — Слабая женщина…

— Я не слабая женщина. Я — мастер спорта, — отвечала она со вздохом.

И старалась не замечать любопытных соседских глаз.