Хотя чего я теряю? И у кого еще здесь я смогу узнать то, что мне нужно? Не у официанта же, который кроме «дляствуйте» знает еще от силы десяток слов по-русски. Ну что ж, попробуем. И, как всегда и во всем, начинать лучше с малого. Пробный шар, так сказать.

– Ну, для начала расскажи, что это за зверюшки здесь такие водятся, – кивнул я на дверь кухни, за которой исчез официант.

– Да легко, – отозвался Драйв. – Такое тоже задарма расскажу. Это гао из племени шайнов. Шайны вообще-то на востоке живут, и о них мало что известно. Эти, похоже, сбежали от шибко сладкой жизни. А здесь прижились, вишь, кабак открыли. И готовят нормально, и обстановка, сам видишь, отдыхай – не хочу. Гао – низшая каста у шайнов. Работники, а чаще – рабы. Чтоб хозяева их не особо лупили, гао-шайны приспособились излучать слабые пси-волны, подавляющие агрессию.

– Стало быть, есть и высшие?

– Не без этого. Кешайны, например. Профессиональные воины, в совершенстве владеющие искусством стрельбы из луков и управлением осадными машинами. Ну и элита – хайны, из которой происходят жрецы и вожди…

Мужик говорил что-то еще, но я его уже не слушал. Понятно одно: дядя глубоко в теме насчет окружающего мира. Торговец информацией, отлично понимающий, что сведения о далеких восточных племенах мне на фиг не упали. Потому и сливает их запросто. Но если б он почуял, что эта инфа мне жизненно важна, тут бы и оставил я все свои сбережения за рассказ о мохнатых официантах. Тонкий психолог дядя и не так прост, как хочет казаться…

Открылась дверь кухни. Из недр храма пищи в клубах пара возник мохнатый гао с огромным подносом в лапках. Свою ношу он держал на удивление ловко, казалось, еще немного – и он начнет ею жонглировать. Ловко балансируя между столами на кривых ножках, официант добрался до нас. Отточенными движениями сгрузил посуду с приборами на стол и, поклонившись, произнес, улыбаясь во весь рот:

– Кусайте, посалуста.

– Укусим обязательно, – кивнул мужик. – Проваливай, обезьяна.

Официант снова улыбнулся, но я успел заметить, как недобро сверкнули его глаза из-под тонких шерстяных бровей. Похоже, гао-шайны не так уж безобидны, как кажется на первый взгляд.

Как я и подозревал, мужик себя не обидел. Гао принес для него пяток сосудов разного калибра, в которых дымилась еда, весьма подозрительная с виду. Мне же досталось три тарелки: в одной блины с начинкой, в другой – шмат мяса с луком и травами, в третьей… хрен его знает что, но пахнет недурственно. Ко всему прилагались искусно вырезанные из камня тяжелые ложки с короткими, словно обгрызенными ручками, костяные ножи и деревянные зубочистки. Короче, сплошь восточная экзотика за исключением зубочисток, которые пережили двести лет без каких-либо изменений.

– Угощайся, чего сидишь? – осклабился лысый.