– Лучше расскажи что-нибудь веселенькое, чтобы нам время скоротать…

– Веселиться будешь, когда вернетесь, – почти угрожающе ответил Гилани Гирмасолатович. – Пока нет повода для веселья. А утром у меня столько дел, причем дел важных, которые решать следует с ясной головой, что мне выспаться необходимо. Я сейчас трубку отключу, так что ты не переживай, если ответа не будет…

– А повод-то, кажется, есть… И очень даже, мне кажется, веселенький… Я сейчас в аэропорту на верхнем ярусе, а внизу Таймасхан гуляет. По отдельности мы внимания меньше привлекаем.

К нему, вижу, менты, заразы, прицепились. Документы проверяют…

– С документами у него… – обеспокоился было Гилани Гирмасолатович.

– Все чисто. У него паспорт гражданина Бахрейна. Едва ли придерутся, однако все равно неприятно. Нет… Отстали… Даже сумку не досматривали. Любят у нас менты иностранцев.

Хамзат умышленно отвлекал внимание Гилани Гирмасолатовича несуществующими подробностями пребывания в аэропорту, чтобы у того не возникло сомнения относительно их намерений. Маскировка, кажется, работала.

– А у тебя чей паспорт?

– Точно такой же.

Мы вместе получали, причем официально… По-арабски мы разговариваем, конечно, хуже, чем по-русски, но русским этого не понять. Мы с ними говорим по-арабски, и они считают, что мы говорим чисто. Ну, ладно, позвоню эмиру. Проси Аллаха, чтобы он на тебя не начал жаловаться. А то нам недолго сдать билеты…

– Попутного ветра…

Гилани Гирмасолатович спросонья явно спутал воздушный перелет с морской прогулкой. Впрочем, он мог и не знать, что самолеты, если они вообще с ветром считаются, лучше летят как раз против ветра.

* * *Подполковник Судоплатов, что называется, одним ухом слушал разговор Хамзата с Гилани Гирмасолатовичем и, одновременно, наблюдал за двором последнего. Если бы не бинокль с тепловизором, увидеть вообще ничего не удалось бы. Второе ухо при этом прислушивалось к происходящему на улице."

"Но оттуда посторонних звуков не доносилось. Если бы они доносились, то, вернувшись в расположение бригады, подполковник начал бы «гонять» офицеров, занятых в операции. Они должны уметь работать без звука. И они так работали.

О выстрелах речи вообще не шло, помимо огнестрельного оружия есть множество других способов уничтожения противника. Кто-то предпочитал боевой нож, кто-то малую саперную лопатку, кто-то кастет, кто-то метательные ножи, причем значительная часть этого оружия, вполне нормального в боевой экипировке, не считалась штатным вооружением спецназовца ни одной страны. Так, например, кастет официально стоял на вооружении только отдельных отрядов «СС» в Германии времен Второй мировой войны.