Сенди даже показала, вытянувшись и выпрямив руки продолжила:

– Я-то ваше зеркальце взяла, вот, – и Сенди достала из кармана, небольшое зеркало в раме на ручке и протянула мне, – и поднесла Вам к лицу-то, а оно даже не запотело и пошла я за леди Эссекс

Я взяла у служанки зеркало и с интересом посмотрела на себя, служанку это почему-то обрадовало:

– Вот и хорошо, леди, когда женщина-то начинает на себя любоваться, значит снова жить-то хочет, так мамка моя говорила.

– Мудрая женщина была твоя мать, – решила я похвалить Сенди, потому как информации катастрофически не хватало.

И здесь в животе у меня заурчало.

– Ой, леди, что-то мы с Вами заболтались, – воскликнула Сенди, давайте уже я Вас одену, и сбегаю Вам завтрак принесу

– Сенди, ты сначала доскажи мне, а то я никак не могу вспомнить, почему я должна уехать, – настояла я, подумав, что сейчас Сенди убежит, а потом вдруг уже не представится возможности поговорить.

Оказалось, что замужем я была год, детей у нас с мужем не случилось и теперь эрлом стал его младший брат. А я осталась с титулом леди Маргарет и вдовьей долей. А вдовья доля – это замок где-то на Севере страны в горах. Вот такое вот наследство.

Глава 1.3

– Сенди, а ты служишь леди Эссекс? – спросила я

– Ну, так-то я служу в замке, вот когда эрл наш был жив, то и Вам прислуживала, а теперь-то Вы уедете, значит, буду леди Эссекс служить, – сказала Сенди, и добавила, – Вы уж не обижайтесь, леди, а только куда мне ехать-то, здесь я всю жизнь прожила, здесь и останусь.

Сенди помогла мне надеть льняную камизу и сверху платье. Моё платье было чёрного цвета, тоже с вышивкой, вышивки было чуть меньше, но она тоже была очень красивая. Я провела рукой по узорам.

Сенди заметила, сказала:

– Это только в нашем замке вышивальщицы так делают, старинные обережные узоры. Для вдовьего платья ничего, на вдовье такую вышивку можно.

Сенди расчесала мне волосы, которые были насыщенного каштанового оттенка, в красноту.

Пока она меня расчёсывала, я периодически заглядывала в зеркало. Кожа у меня была светлая, почти белая, и что удивительно, посмотревшись в зеркало, веснушек на лице я не заметила. Необычно.

На голову мне Сенди надела белую вуаль, объяснила, что вуаль вдовья белая, и закрепила её головным обручем.

– Леди, давайте я сбегаю на кухню, принесу Вам еды, – почти взмолилась Сенди и наклонилась, чтобы взять горшок, который накрыли крышкой и поставили под кровать.

– А горшок тебе зачем, – поинтересовалась я.

– Так по дороге вылью, – бесхитростно заявила мне средневековая женщина.

И я поняла, что здесь я умру от дизентерии.

– Нет Сенди, давай ты сначала принесёшь мне еду, а потом вынесешь горшок, – сказала я.