Теперь Беатрис едва сдерживалась, чтобы не метаться по постели и стонать. Каждый миллиметр его кожи хотелось ощущать снова и снова. Ладонью, спиной, ногами, ягодицами. Грудь напряглась, тонкая ткань простыни возбуждала соски. Следующий стон был подавлен, но тело само потерлось о плоть мужчины. Беатрис сходила с ума от желания и не могла его терпеть.

Девушка поднялась на локте, медленно выползая из объятий Эритара. Надо было остановить это безумие. Когда он дернул ее назад, не давая подняться, новая волна желания накрыла с головой. Это было нереально.

– Ты проснулась? – спросил он хрипло.

– Почти, – уклончиво ответила Беатрис.

– Как чувствуешь себя?

«Чувствую себя голодной. Голодной до твоего тела», – подумала девушка.

– Иди ты со своей заботой, – буркнула она.

Он прикоснулся ладонью к ее лбу, даже этим вызывая горячую волну внизу живота. Беатрис отвернулась и усилием воли заставила себя поменять выражение лица.

– Жар спал, – заметил Эритар. – Тебе определенно лучше.

«Жар переместился в другое место и теперь медленно пожирает меня изнутри». Беатрис попыталась думать об Антари. Мысли скакали прочь, будто играя в чехарду. Их свадьба была так близка, так желанна, еще немного и они связали бы судьбы. Как можно было испытывать такую дикую страсть к Эритару, когда сердце принадлежало Антари?

Брак был поспешным решением. Беатрис попыталась припомнить, почему и не смогла, но четко помнила, как они смеялись, что первая брачная ночь будет для них действительно первой. Что же случилось?"

"Эритар приподнял ее, как и накануне облокачивая на себя, чтобы напоить лекарством. Мысли прервал новый выброс гормонов. Желание стало безумным. Беатрис едва могла глотать маслянистую скользкую жидкость. Редкостная гадость. И даже эта мерзость не отвлекала ее тела. Плечо мужчины под головой, его рука на бесстыдно голой коже, его дыхание, касающееся волос и шеи. Девушка чувствовала каждое сокращение мышц, удары сердца. Ее буквально накрывало.

Свадьба сорвалась, что-то произошло. С Антари она еще не спала, надо ли хранить ему верность?

«Я же еще не принадлежу ему», – подумала Беатрис.

Разрозненная память, как назло, вытащила из тьмы обрывок воспоминания, будто бы вокзальная гадалка карту из-за уха.

Полумрак комнаты, два тела на постели, ее собственные крики, которые нельзя назвать стонами. Его рука, фиксирующая позу. Горячие губы на теле и шепот: «Не отпускай».

И ответ: «Никогда».

Еще раз почувствовать его силу. Снова сделать то, на что она не решалась ни с кем другим. Произнести имя, умоляя, почти плача, на пределе чувств, терпения, на границе боли и удовольствия.

Эритар.

Сложности Беатрис

Беатрис зашипела, пытаясь разозлиться и перевести свои чувства в агрессию. Получилось отлично.