Она зарылась поглубже в одеяло и приказала себе заснуть до того, как вернется Алекс и станет ее соблазнять.

* * *

Разумеется, он сказал ей неправду, но лгать Кэролин Смит превратилось для него во вторую натуру. Он мог переустановить охранную сигнализацию, но не было никакой гарантии, что какой-нибудь решительно настроенный Макдауэлл не сможет войти в дом. Все семейство знало летний дом, как облупленный.

Конечно, принимая во внимание богатство, поставленное на кону, убийца мог воспользоваться услугами профессионала, чтобы тот занялся устранением нежелательных лиц. Но Алекс в это не верил. У него перед глазами до сих пор маячил силуэт того, кто стрелял в него на берегу, хотя лица убийцы он по-прежнему не различал. Проклятый мозг никак не хотел рассеять туман неизвестности, но Алекс был уверен, что это лицо ему знакомо.

Временами он даже подумывал о том, что сама Салли пошла за ним на пляж и пыталась его застрелить. Он отказывался в это верить, но когда узнал, что Салли не приходится ему родной матерью, ему пришлось включить ее в список тех, кто жаждал от него избавиться.

Когда Алекс вернулся домой, он тотчас понял, что Салли тут ни при чем. Однако за несколько недель пребывания в родовой усадьбе он почему-то нисколько не приблизился к разгадке.

Зато он очень близко подобрался к Кэролин Смит.

Она лежала на высокой двуспальной кровати, закутавшись в одеяло и повернувшись к нему спиной, словно отгородившись от него невидимой стеной. В открытое окно светила луна, заливая комнату серебряным светом, и Алекс подумал, как поступит Кэролин, если он заберется на кровать и устроится рядом с ней.

Но он не стал рисковать. Он потому и выжил, что привык полагаться на свою интуицию, и в данную минуту интуиция говорила ему о том, что враг где-то рядом. Находиться в одной комнате с любимой женщиной было для него настоящим искушением, но Алекс не мог позволить себе отвлечься ни на минуту.

Влюбиться в Кэролин было величайшей ошибкой с его стороны, но разве ему привыкать? Сколько Алекс себя помнил, он всегда ее хотел, даже в годы своего добровольного изгнания он не переставал о ней мечтать.

Он лег на матрас, не раздеваясь. Ему нравилось, что из окна дует прохладный ветерок. Он слышал, как снаружи волны набегают на причал с тихим размеренным плеском, и подумал, хватит ли у него смелости уснуть.

А потом он уснул.

Глава двадцать вторая

Она не знала, что ее разбудило. В комнате было очень темно — ее освещал лишь слабый лунный свет, и Кэролин предположила, что сейчас около трех часов ночи. Она лежала на высокой кровати, почти не дыша, и жадно прислушивалась к ночным звукам. А потом поняла, что Алекс тоже не спит.

— Алекс? — она позвала его тихим, словно шелест ночного ветра, голосом.