Фомич, который ехал в санитарной машине вместе с Джейком, сказал, что первые слова американца были: «Сработал прибор?»

Никто в Колосове не знал, что парашютист Джейк О'Гар хорошо позаботился о своей безопасности. В его запасном парашюте прятался так называемый «Сайперс» – небольшая коробочка, которая автоматически открывала парашют, если высоты оставалась мало. В Америке «Сайперс» тогда только что появился и стоил астрономическую для рядового американца сумму – три тысячи долларов. В России о таких диковинках в ту пору даже не слыхали. Начинающим спортсменам на парашюты вешали советские приборы – огромную, уродливую и к тому же срабатывающую через раз коробку.

Прыгать, прицепив на парашют это чудище, считалось непрестижным. Свидетельствовало о неопытности. К тому же бывало, что прибор срабатывал на высоте двух километров вместо положенных шестисот метров. Поэтому опытные парашютисты прыгали на свой страх и риск, не связываясь с бестолковым агрегатом.

«Сайперс» же был незаметен и легок. И открывал парашют с гарантией. И именно тогда, когда уже ясно, что высоты остается минимум метров двести, а человек все еще находится в свободном падении.

Джейк никому не рассказывал, что он подстраховался и оборудовал свой парашют «Сайперсом». И когда он пришел в сознание и понял, что жив, – то был уверен, что его спасла американская научная мысль. Фомич же рассказал ему, что техника сработать не успела – девушки подсуетились раньше.

– Горжусь вами, девицы, – сказал тогда начальник аэроклуба. – Хотя Джейк и уверял меня, что его «Сайперс» все равно бы сработал…

Как им тогда было радостно! Сам – сам! – Фомич, легенда парашютного спорта, ими гордится! Девушки на несколько дней стали аэродромными героинями. Спортсмены и перворазники восторженно шептались за их спинами. А из чеховской районной газеты приехал корреспондент и отразил их подвиг в репортаже, полном возгласов и нелепых ошибок… Но приятней похвалы начальника аэроклуба не было ничего.

Никак не хотелось верить в то, что Фомич теперь – по другую сторону баррикад. Что теперь он – против них.

…Павел перекричал свист зимнего ветра:

– Я думаю, едем прямо на аэродром. Поворот скоро будет?

Катя всмотрелась в темную синь январской ночи:

– Ой, еле узнаю – все забыла… Да, километра через два.

Джейк опасливо выглянул из-под ремня безопасности:

– Вы меня извините… Вам видней, конечно… Но почему мы не обратимся в полицию?

Паша вцепился в руль так, что костяшки пальцев побелели. И ответил сквозь зубы:

– Вы же сами хотели взглянуть ему в глаза?

До аэродрома они добрались только в десятом часу вечера. Когда машина свернула на спрятанную в глухом лесу подъездную дорогу, Катя сказала:

– По этой тропинке мы с Валькой от автобуса ходили.