Я продолжал накручивать:

– У нее муж – ревнивый, зараза! Никуда одну не выпускает! Сейчас напился, уснул… На два часа его хватает… Он ведь проснется – ее не застанет, убьет!.. Он – бык настоящий!.. Ну пощадите, мужики!.. Ну давайте – она вам все свои документы оставит! И ключи от машины! А я отвезу ее домой – и к вам потом заеду! Ну нельзя ей задерживаться – а, мужики?.. А вы пока во всем разберетесь!.. Это ж ошибка, явно. Катька сроду ничего не нарушала. А уж машину угнать – смешно просто. Это ее «пунта», ее! Муж ей подарил, точно знаю… Отпустите нас, а?

Старлей и майор блудливо переглянулись. Они ухмылялись.

– Я с коньяком заеду! – продолжал накручивать я. – Она не угонщица, матерью клянусь!

Старлей и дежурный майор смеялись уже в открытую. Насколько я понимаю ментов, им очень важно, чтобы после дежурства было о чем рассказать. А пикантнейшая ситуация, которую на их глазах разворачивал я, вполне годилась для застольного рассказа – и дальнейшего тиражирования. Для того, чтобы перейти в разряд гаишного фольклора: «А вот у нас было…»

Дежурный майор вопросительно посмотрел на старлея-гаишника. Гаишник гнусно ухмылялся.

– Та-ак… – протянул он. – Документики ваши остаются у меня… Ключики ваши, дамочка!

Он внимательно и довольно-таки похотливо глядел Кате прямо в лицо. Насколько я понимаю, многие мужики считают: раз женщина изменяет мужу с одним – значит, она дает всем подряд. Опасное заблуждение. Больше я в это отделение Катю не пущу.

Екатерина Сергеевна потихоньку краснела.

Она молча достала из сумочки ключи от «Фиата» и протянула их старлею.

– Ла-адно, – милостиво кивнул он. – Прибудешь сюда завтра, в двенадцать ноль-ноль. Я здесь буду. А машину твою мы на штрафную стояночку пока отбуксируем. Так что денежки готовь… А сейчас – ехайте уж… А то вас муж обоих-то… – он сделал паузу, – забодает!.. Рогами-то!..

Он заржал. Загоготал и дежурный майор."

"Я схватил Катю за руку и потащил к выходу.

– Эй, парень, ты ее хоть успел?.. – услышал я, открывая дверь на улицу. Вслед нам донесся еще один раскат жеребячьего гогота.

Хлопнувшая дверь отделила его от нас. Мы сбежали по обледеневшим ступенькам. Я глянул на Катю. Она вся была пунцовой.

На улице она сердито вырвала руку. Мы быстро пошли к моей машине.

Что ж: да здравствует мужская солидарность.

Глава 13

Шоу в «Балчуге»

Мы припарковались на набережной неподалеку от гостиницы. Было воскресенье, и мест для парковки имелось преизрядно. На противоположной стороне Москвы-реки угрюмо серел утюг гостиницы «Россия». Рядом с ним лакомым мороженым, приманкой для иноземцев, возвышался разноцветный Василий Блаженный. Часы на Спасской башне показывали пять минут четвертого. Мы опаздывали больше чем на час.

Я выключил двигатель.