Может быть, они с легкостью пережили бы нюни счастливой новобрачной, но прямо сейчас они не справляются с истерикой женщины, которой в день ее свадьбы написал ее единственный любимый бывший.

Написал, чтобы сказать те самые слова, которые ни разу не произносил, когда был рядом.

Я открываю переписку, чтобы отправить селфи и прикрепить к нему смайлик среднего пальца, но на самом деле — чтобы прочесть второе сообщение.

«Выходи за меня замуж, Волкова. Я не шучу»

Отправить фотографию себя в наряде королевишны — лучшая ему месть.

Но палец не слушается.

И душа ноет.

Что ж ты снова творишь, мой «любимый бывший»?

Я же тебя, сволочь, до сих пор… как больная… как ненормальная…

Стук в дверь заставляет встрепенуться и, как маленькую, спрятать телефон за спину.

Вот и все.

«Алиса вышла из Зазеркалья в нормальные здоровые отношения, разучилась шмыгать носом, повзрослела и стала классной женой классного мужика. У нее теперь огромный Чеширский кот, голова на плечах и вообще все зашибись!»

Нет, это не у Кэрролла.

Это — моего личное авторства.

Сумасшедшей Алисы.

Глава первая: Бармаглот

Год назад

На даче у Владимира всегда классно: тихо, спокойно, ветер чистый — аж глотку сводит.

Жена суетится — на стол накрывает, пока Владимир собственноручно готовит шашлык. Он к мангалу никого не подпускает.

И все мужики в сборе: Семенов, на этот раз даже до сих пор трезвый, а не бухой в сопли; Мартовский, нарастивший солидное пузо; Рихтер, старая хитрая задница; Саидов, задумчиво потягивающий трубку.

Так посмотреть на нас — в резиновых тапках, старых джинсах и футболках, и не скажешь, что один владеет долей в нефтедобывающей отрасли, второй — хозяин крупной торговой сети, двое из АПК, и один — я — владелец громко рванувшего IT-стартапа.

— Вовка, — Рихтер оглядывается на «шеф-повара» и прищелкивает языком. — Хватит нас голодом морить. Я и сырое сожру, лишь бы с углей, с дымком.

Владимир кивает, что уже почти справился.

Типа, еще минута, хорош бузить, мужики."

"Нас уже подкормили: салатами, гренками с икрой, сырной нарезкой вперемешку с итальянской ветчиной. Но что же за выходные без домашнего шашлыка и осетра с углей?

— Предлагаю вскрыть пузырь, а потом Вован сам подтянется. — Семенов тянется к бутылке, и я вовремя вспоминаю, что забыл в машине свою долю на сегодняшние посиделки — привезенную из Франции бутылку винтажного коньяка.

— Стоп, мужики! Есть тема поинтереснее.

Иду в сторону дома, где во дворе «толпятся» наши машины: черные внедорожники премиум-класса. По-другому нельзя — не поймут.

Открываю дверцу, роюсь в брошенной на заднее сиденье спортивной сумке — я даже толком вещи не распаковал, потому что только утром вернулся их Страны круасанов и, если честно, как последняя сука хочу спать.

Слышу шаги.