А Кузьменко, по большому счёту, молодец – так долго продержалась в своей легенде, сплела её, как паутину, и ловко дёргала за ниточки в нужный момент. Вся эта ситуация напомнила мне сюжет одного фильма: амбициозная красавица не смогла завоевать сердце «первого парня на селе», поэтому решила, что он не должен встречаться ни с кем. Как говорил классик: «Так не доставайся же ты никому!» Всё правильно: если бы король школы начал с кем-то встречаться, кроме неё, рейтинг Кузьменко автоматически пошёл бы вниз, чего её самолюбие просто не вынесло бы.

Я вздохнула и перевернулась на другой бок.

А чем я лучше Кузьменко? Решала свои проблемы за счёт других. Разница лишь в том, что я открыто сказала Самураю, что мне от него нужно. И далеко не дружеская просьба это была. А Тата? В лицо ей улыбалась, подругой называла, но при необходимости, как тогда, в ситуации с Филом, жар загребла её руками. К себе близко не подпустила, выдавая информацию дозированно и лишь ту, которая мне выгодна. Когда я успела стать такой расчётливой?

Глава 19

Гости дорогие

Тяжко мне пришлось на следующий день. В отличие от некоторых, с выдержкой у меня всегда были проблемы, перед соревнованиями дольше всех приходилось настраиваться, успокаиваться.

Вон Белов, например, при виде меня даже бровью не повёл, его виноватое лицо, как и мимолётное извинение, осталось в прошлом вечере. Но и многозначительных подмигиваний типа «я всё знаю» тоже не наблюдалось. Самоводружённая корона на голове Кузьменко, судя по её гордой осанке и невозмутимому лицу, оставалась на месте. Вела себя Лиля соответственно: спокойно, уверенно, была недосягаема, хотя к разговорам с окружающими расположена. Я же постоянно озиралась, прислушивалась в ожидании… даже сама не знаю, чего именно. Как та собака, которая чувствует приближение природного катаклизма: беспокойство есть, а что случится – не понимает.

Тата, сузив глаза, спросила:

– Ты чего дёрганая такая?

– Не выспалась.

– Это я по тёмным кругам под твоими глазоньками поняла, как только ты в класс вошла.

– Серьёзно?

Я схватила свой и её телефоны и приложила импровизированные патчи холодными экранами под глаза. Увидев мои слабые потуги привести лицо в порядок, Тата лишь покачала головой.

Самурай был себе верен и пришёл в класс за несколько минут до звонка. Лицо его было сосредоточенным, да и только, никаких метаний молний глазами или огненного пламени из ноздрей. Шёл размеренно, но каждым шагом будто сваи вколачивал – сразу понятно, человек не в духе. На Кузьменко даже не обратил внимания, зато на Белова, проходя мимо, посмотрел исподлобья. Тот взгляд выдержал, плотно сжав губы в тонкую линию, руки не подал, лишь сильнее стиснул кулаки.