— Викентий Александрович, это я. Проследите, чтобы в лаборатории никого не было, когда к вам зайдет полковник Рокотов. Да, сам. Специальное задание. Можете выдать любые препараты под мою ответственность. Спасибо.

Он положил трубку. Голова продолжала нестерпимо болеть.

ГЛАВА 3

Выходные дни он любил проводить дома. В эти дни он отключал телефон, оставаясь наконец наедине со своими книгами. Это была его страсть, его безумие, которое доставляло ему такое удовольствие. Его близкий друг однажды неодобрительно пробурчал:

— Ты не можешь пройти мимо книжного магазина, как алкоголик — мимо бутылки. Я тоже люблю книги, но до такой степени…

Эта превосходная степень в полной мере реализовывалась только в выходные дни, когда из журнала, где он работал, никто не звонил, вернее, не мог позвонить. И тишина была наградой за его труды. Но в это утро звонок в дверь раздался уже в половине одиннадцатого. Он нахмурился. Дронго не любил неожиданных визитеров, тем более заявлявшихся рано утром в воскресенье.

Посмотрев в «глазок», он огорчился еще больше. Перед дверью стоял откормленный молодец лет двадцати пяти — тридцати, видимо, бывший спортсмен, так как его нос был очень профессионально сломан. Конечно, он был не профессионал — это чувствовалось с первого взгляда. Дронго открыл дверь.

— Доброе утро, — глухо проговорил незнакомец с чуть заметным акцентом.

— Доброе утро. Вы, кажется, ошиблись адресом, — весело ответил Дронго.

— Не ошибся, — возразил незнакомец, — это квартира сорок один?

— Да. Но кто вам нужен?

— Вы. — Этот нахал назвал его имя и фамилию. Неприятности только начинались. Но этот акцент, он явно не местный.

— Что вам нужно? — еще раз спросил хозяин дома.

— К вам гости, — сказал незнакомец.

— До свидания, — сухо проговорил Дронго, — я не жду никаких гостей. Придете ко мне завтра в редакцию.

Дронго попытался закрыть дверь, но парень подставил ногу, нагло улыбаясь. «Напрасно он так улыбнулся», — подумал Дронго. Рывком дернув дверь и чуть сбив равновесие этого спортсмена, он нанес сильный короткий удар ему в грудь. Не ожидавший такого нападения, парень охнул и полетел вниз по лестнице.

Завершения этой сцены Дронго уже не увидел. Он просто закрыл дверь. Минут пять была тишина. На всякий случай он проверил оружие — газовый пистолет «вальтер», лежавший на одной из книжных полок. Боевое оружие он дома не хранил.

В дверь снова позвонили. Осторожно посмотрев в «глазок», он увидел пожилого, лет шестидесяти, мужчину с запоминающейся аристократической внешностью. Такому можно было поверить. Он открыл дверь.

— Доброе утро. — Этот тоже говорил с акцентом, только еще более сильным.

«Грузинский акцент», — наконец понял Дронго."

"— Доброе утро, — улыбнулся Дронго.