Найдешь Реваза или его похитителей — и я буду твоим должником на всю жизнь.

Дронго заставил себя сделать несколько глотков. Коньяк был действительно отменным.

Арчил выпил все залпом, крякнул и, не закусывая, налил себе еще один фужер.

В этот момент раздался очередной телефонный звонок.

На этот раз, видимо, сообщение было более приятным, и Арчил, спокойно его выслушав, просто положил трубку.

— Коновалова брала визу в Турцию, разрешение на поездку ей дали два месяца назад.

— Предположим, они улетели или уехали. Откуда они могли улететь? Из Шереметьева или есть еще чартерные рейсы? — спросил Дронго.

— Это мы узнаем. Если она прошла границу, это легко узнать.

— Границу Реваз мог пройти только под своей фамилией. Но почему он до сих пор ничего не сообщил? Здесь что-то не стыкуется. Вы займитесь границей, узнайте, прошла ли Коновалова где-нибудь границу. И заодно проверьте паспорт своего племянника Реваза Гогия. А я снова поеду в отель. Мне все-таки не нравится это исчезновение. Так не бывает. Он обязательно должен был хоть кого-то предупредить.

— Тебе люди нужны?

— У вас есть доверенный человек, которого хорошо знают в «Савое»?

— Конечно.

— Тогда пусть он поедет со мной. И Манучар тоже. Сегодня нужно быть очень осторожными. Милиция уже наверняка начала расследование убийства нашего знакомого. Как бы нам не привлечь ненужного внимания.

— Это пусть тебя не волнует, — успокоил его, улыбаясь, Арчил, — вся московская милиция у меня в кулаке. Чтобы моего гостя арестовали за преступление, которое он к тому же не совершал? Быть такого никогда не может.

— Будем считать, что вы меня успокоили, — ответил Дронго.

Следующие четыре часа он провел в «Савое», стараясь не привлекать к себе внимания подозрительных швейцаров, уже наслышанных о вчерашнем убийстве. Все было тщетно. Он, правда, нашел один пожарный выход, откуда мог уйти незамеченным Реваз, но от этого было не легче. Дверь закрывалась обычно на замок, и ключи были только у персонала гостиницы. Как осторожно удалось узнать Дронго, у убитого Коли такие ключи были наверняка."

"Следовало предположить, что дежуривший в тот день портье выпустил через этот выход Реваза и его спутницу, так что они остались не замеченными для остальных. Последнюю ночь Реваз был в номере. Дронго вдруг вспомнил, что Давид рассказал ему о проститутках, с которыми Реваз провел эту последнюю ночь. Удивительная история, если учесть, что в нескольких метрах его ждала любимая девушка. Зачем ему нужны были эти проститутки, почему он просто не позвал к себе Коновалову? Или не спустился к ней. Ревазу нужно было иметь алиби — как же он этого не понял сразу! От огорчения Дронго даже стукнул кулаком по стене, вызвав удивленное восклицание своих сопровождающих. Он теряет свою квалификацию.