— Спасибо, что взял меня, — шепчу я, нагнувшись к Лори. Он награждает меня, как выразился Джаспер, полным сентиментальщины взглядом и шепчет в ответ:

— Спасибо, что поехал.

Я замечаю неброскую карточку, спрятанную под канделябром, на которой, наверное, должно быть написано меню. Она отделана золотым по краям и увенчана гербом колледжа, как и вычурное приглашение Джаспера.

Пихаю локтем Лори:

— Слушай, ты только глянь. «Крем-суп из печеной тыквы с подрумяненными на огне тыквенными семечками и сметаной».

— И что?

— Что значит «что»? Разве у тебя не текут слюнки от одного названия?

Он оглядывает сидящих рядом с нами людей.

— Вообще-то я его кормлю, не подумайте.

— Эх ты, в предвкушении кроется часть наслаждения.

— В предвкушении еды?

— В предвкушении любых чувственных удовольствий, — вставляет, чуть ли не мурлыкая, Джаспер.

Напротив нас Шерри кашляет от попавшей не в то горло воды, и я мысленно показываю Джасперу оттопыренные большие пальцы, потому что это доказывает, что его мужика все же можно пронять.

Джаспер выцепляет меню у меня из пальцев и зачитывает его голосом, который я иначе, чем сексуальный, назвать не могу.

Обещания опаленного корнуоллского сибаса, запеченного филе оленины и яблочного тарта с крошкой накрывают меня с головой, заставляя жаждать и подрагивать от нетерпения.

Да, я обжора. Мне просто та-ак нравится еда. Любая еда, если честно, лишь бы вкусная — даже самые простейшие блюда, вроде яичницы и кексов. Но иногда так приятно знать, что в ближайшем будущем тебя ждет пена из кальвадоса. Пусть я и не фанат пены в принципе. Иногда она выглядит так, будто ты исплевал всю тарелку.

Это не дело.

— Как твое предвкушение, Тобермори?

Я кашляю в кулак.

— Доходит… до кондиции.

— И теперь вы понимаете, — улыбается нам Шерри, — почему у Джаспера есть собственная страница фанатов на Фейсбуке.

— Студенты, — пренебрежительно отмахивается Джаспер.

— Они его обожают. Обсуждают в Твиттере, в чем он сегодня одет и что говорит. У него даже есть свой хэштег.

Сперва кажется, что Шерри издевается, но потом я понимаю — нет. Ему нравится Джаспер. Вот нравится и все, безо всяких там усложнений. И тут мне становится немного грустно за них — казалось бы, уж тогда-то все должно просто взять и сложиться.

Но не берет и не складывается.

А затем официант осторожно ставит передо мной крем-суп из печеной тыквы, который меня сразу приободряет. Недалекий я товарищ, чо. Суп отличный — густой, нежный, чуть пряный, и тыквенные семечки придают ему текстуру. Ням. Ам-ням-ням.

Разговор куда-то уплывает, пока я все внимание переключаю на еду. Кажется, сюда положили немного мускатного ореха. Ну, имбиря-то точно.