Сидели, грызли сухари, думали – каждая о своем. Ольга положила подруге голову на плечо:

– Надь… Я пропала. Теперь уж точно совсем.

…Конечно, Грозовский никому «Строймастер» не передал, Ольге велел не лезть к нему со всякими бредовыми идеями, а заниматься работой.

Ольга работой занималась, но нет-нет да и вытаскивала из сумки барышевскую визитку. Она изобрела сто один повод позвонить, но так и не позвонила, разумеется.

Барышев позвонил сам. Ну, не сам, конечно. Секретарша.

– Ольга Михайловна? Сергей Леонидович хотел бы с вами встретиться. Вы могли бы подъехать к нам в офис?

Могла бы она подъехать? Да она по снегу босиком побежала бы!

…Барышев пошел через кабинет ей навстречу, сделал приглашающий жест – присаживайтесь. Она села. Сердце колотилось, как ненормальное, и Ольга боялась, что он заметит, догадается.

– Здравствуйте, Ольга Михайловна. Я хотел бы знать, как продвигаются наши дела.

Говорит, а сам смотрит в пол. И вид уставший. Или это ей кажется?

– Пока буксуем немного, Сергей Леонидович.

Барышев недовольно поморщился:

– Мы и так потеряли слишком много времени…

– Мы наверстаем! – пообещала Ольга.

Он посмотрел наконец ей в глаза – странным, долгим взглядом, кивнул медленно:

– Да. Наверстаем.

О чем он? Ах да, конечно, это он про работу. Времени, мол, много потратили зря, наверстаем.

– Проблем нет? Или есть?

Проблемы? Она перестала спать, думает о нем постоянно, пропадает она. А больше, пожалуй, проблем нет.

– С полиграфией пока неясно, Сергей Леонидович. Мы хотели бы, чтобы полиграфию нам сделала «Линия График». Это наши давние партнеры, кроме того, настоящие профессионалы, и если вы не будете возражать…

– Я не буду возражать, – перебил ее Барышев. – Собственно, мне нет никакого дела до того, кто делает полиграфию. Хотя макеты я бы посмотрел. Я правильно назвал? Макеты?

– Правильно, Сергей Леонидович. Конечно, когда дойдет до макетов, я непременно все вам покажу.

– А когда… до них дойдет? До макетов?

Ольга растерялась.

– Я не знаю. То есть я могу сейчас быстро прикинуть, конечно.

Вытащила ежедневник, принялась листать:

– Макеты нам будут нужны по крайней мере за месяц, а если учитывать работу художников…

Барышев смотрел на нее – очень пристально, очень по-мужски. Потом снова прервал на полуслове:

– Про макеты я понял. Подробности мне неинтересны, просто скажите, когда все будет готово.

Ольга перестала его понимать. Значит, про полиграфию ему неинтересно, про макеты – тоже. Зачем он тогда вообще ее вызвал? Просто так, что ли? Поговорить? Бред. Этого не может быть, потому что не может быть никогда. Тогда зачем?

– Ольга Михайловна, – Барышев поднялся из-за стола, прошелся по кабинету. – Я хочу, чтобы мы с вами съездили в Сибирь.

Что? Кто с кем съездил? Куда?!

– У нас там строится завод.