– А зачем ей твой желудь жизни? И для чего он вообще нужен? Ты прости меня, лесной хозяин, но я ничего о таких не слышал, – признался дракон.

Да и откуда бы ему знать такие нюансы из жизни нечисти? Не та у него специализация.

Лесовик попыхтел, явно переступая через нежелание разглашать столь важную информацию, остро глянул на ректора, но все же счел нужным поделиться:

– Желудь ентот – средоточие жизненной силы, с помощью которой может родиться еще один лесовик. Вот как мой лес разрастется так, что одного маво пригляду станет маловато, так я обряд проведу – и появится еще один лесовик.

– А зачем он Шаболданской?

Лесовик снова погладил свою Канюку и вдруг выдал такое, от чего волосы на голове дракона почти встали дыбом. И не потому, что его так потрясло сказанное, а потому что он понял: прямо сейчас под угрозой может оказаться его ведьма!

Каким-то образом понял это и сидящий неподалеку Огурчик. Они с драконом переглянулись и бросились прочь из леса к академии.

Глава 28. Журнал №34…

Я выдохнула и порадовалась, что магические светильники исправно горят и не думают гаснуть. Что бы я делала на этой узкой крутой лестнице в кромешной тьме, я не представляла.

– Бруно, вот скажи мне, зачем Черная дама забралась в такое место? – начала я говорить, лишь бы разогнать сгустившуюся тишину, начинавшую давить на психику не хуже узких стен. – Наверняка ведь, когда мы спустимся, найдем ее останки. Брр.

Я передернула плечами. Конечно, мне уже приходилось сталкиваться с подобным – обучение у нас было разноплановым, – но тогда рядом были подруги и преподаватели.

Бруно снова лизнул мне ладонь, и я немного приободрилось. Сейчас я тоже не одна. Со мной целый демонический пес! Хотя я бы и не отказалась от более внушительной компании.

Спускаться оказалось не так уж долго. По крайней мере, поначалу мне казалась, что эта лестница может вывести и на нижний план бытия к родственникам Бруно, но нет, аккуратный спуск занял не больше пяти минут.

Оказавшись на нижней площадке, я увидела дверь, которая при нашем появлении медленно без звука приоткрылась.

– Бруно, нас приглашают в гости. Мило, не находишь? – сыронизировала я.

Как же мне в этот момент захотелось взять ноги в руки и бежать наверх… Кто бы знал! Но пульсирующая болью рука, на которой черные полосы с каждой минутой ползли все выше, удерживали на месте.

Бруно тоже с тоской посмотрел на лестницу, но меня не бросил. Вперед, правда, тоже не торопился, и я не могла его в этом винить.

– Пошли, что ли… – наконец, произнесла я и взяла пса за ошейник – чтобы было не так страшно.

Приоткрыв дверь шире, мы вошли в… комнату? Оценить ее размеры с ходу не получилось – она освещалась всего одной свечой, стоявшей на большом столе справа от входа.