С вами, гуоповцами, только свяжись. Да и мне лично вы симпатичны. Скажите, а Вадим на вашем месте тоже бы так поступил? – Ее глаза подернулись печалью.

– Скорее всего да. Ведь в вашем доме был преступник.

– Да что вы?

– Антон Гавров, он же Хмурый, известная в криминальных кругах личность. Но вы этого, конечно же, не знали? – Теперь в его голосе звучали иронические нотки.

– Да, я знаю, он вор в законе. Но ведь то, что он совершил какое-то преступление, нужно еще доказать. Не правда ли?

– Верно, нужны доказательства его вины. А их нет. Он не оставляет следов. Ведь все преступления совершаются руками других. Такие, как Хмурый, всегда в стороне. Белый воротничок, чистые руки. Для непосвященных он просто бизнесмен. Чист перед законом. Но душа у него, уж поверьте мне, как сажа черна. Что он у вас делал?

Вопрос прозвучал резко. И Настя чуть вздрогнула.

– А вот это уже мое личное дело, – отбрила она Глянцева.

– Я занимаюсь расследованием дела об убийстве трех ваших охранников и воспитательницы вашего сына. У меня к вам ряд вопросов.

– Что ж, я готова отвечать.

– Как вы считаете, почему их убили?

– Ну, я не знаю.

– А я знаю. Они охраняли вашего ребенка. Их убили, а малыша похитили. Почему вы не заявили в милицию о факте похищения?

– Прежде всего я не хотела впутывать в это дело милицию. Ведь вы можете таких дров наломать.

– Опасения ваши вполне понятны. Милиция не всегда работает четко и гладко. Но кто у нас без греха? Кто еще в состоянии помочь вашему горю?

– Я сама его найду. Или лучше всего отдам за него выкуп. Какой бы он ни был. Если понадобится, я продам все, что у меня есть.

Голос Насти задрожал. На глаза навернулись слезы. Тревога за сына снова навалилась на нее всей своей тяжестью.

– Чего хотят похитители?

– Если бы я знала. Они молчат.

– Ничего, скоро заговорят. – Глянцев заметно смягчил тон. – Да, лучше, конечно, отдать выкуп. И овцы целы, и волки сыты. А волки, заметьте, не только сыты, но и на свободе. А ведь их место на нарах.

– Я все понимаю. Но прошу вас понять и меня. Я мать и прежде всего думаю о своем ребенке, хочу видеть его живым и здоровым. И ни о какой высшей справедливости и слышать не хочу.

– А вдруг вашего сына похитил какой-нибудь маньяк? Или ваш злейший враг. Что, если вашего малыша просто-напросто убьют?

Настя вздрогнула и с ужасом посмотрела на Артема.

– Я думала и об этом. И, поверьте, не сижу сложа руки.

– Только вот милицию почему-то обошли. Считаете, что от уголовников будет больше проку?

– При чем здесь уголовники?

– А при том. Поисками вашего сына занимается Антон Гавров. Только не отрицайте этого.

– Ну, допустим. А вам откуда это известно?

– Эх, Настя, Настя, – покачал он головой. – Неужели я похож на профана?.. Да у меня нюх на такие дела.