Но надо бы ему подсказать, пусть оформит.

– Я бы на вашем месте не рисковала. Вот список вопросов, я накидала, пока время было, – Лена вырвала лист из ежедневника и протянула Андрею. – Неплохо бы маму мою опросить по делу об установлении отцовства, она представляла Арину в суде.

Повертев листок, Андрей сунул его в карман брюк:

– Думаешь, могла Долженкова с адвокатом поделиться чем-то личным?

– У нее не было иного выхода. Мама ни за что не взялась бы вести дело, в котором ее клиент что-то недоговаривает или скрывает. Ты просто представь – вдруг на суде всплывает какой-нибудь любовник Арины.

Нет, мама не стала бы так подставляться, я уверена, что об Арине она знает много больше, чем та хотела бы. Пусть Петр с ней поговорит. Ты был прав – здесь что-то не так. Она сказала мальчику, что отец умер – ну, это, допустим, понятно. Но голос у нее при этом был… такое не сыграешь. И у меня никак тогда не складывается этот его иск об установлении отцовства – зачем, если у вас все хорошо? И потом в обнимку из зала суда выйти? Я бы не смогла обнять мужчину, который меня заподозрил в измене, да еще и в суд с этим потащил.

– У богатых свои причуды.

– Это даже для богатых слишком.

– Но относительно своей матери ты права – надо ее опросить.

– Плохо только, что Петр молодой, – вздохнула Лена. – Она его может раздавить морально.

– Ну, Петька ей не сын, а процессуальное лицо, – заметил Андрей. – Будем надеяться, что справится."

"– Только, Андрюша, я тебя очень прошу – пусть она не знает, что это я вам идею подкинула, – тихо сказала Лена, опустив глаза.

– Да я ж понимаю, ну, что ты… Мало ли, откуда мы про иск узнали.

А у тебя там, я смотрю, и так проблем достаточно.

– По делу о пропаже Яровой ничего?

– Работаем, – коротко отозвался Паровозников. – Но ты ведь понимаешь – сложно это все. Свидетелей нет.

– А с экстрасенсом что?

– Так я от него и еду.

– Ну?! – Лена даже подалась вперед, но Андрей только бросил:

– Не застал.

– В смысле – его не было?

– Ну, а как еще? Приехал я в этот офис, там таких колдунов – человек восемь, у каждого кабинет и секретарь, прямо как в хорошей конторе. Белькевича этого на месте не оказалось, выехал в район – о как! Чувствуешь размах?

– Да вот в том и дело, что как раз размах этот меня настораживает.

Центр по оболваниванию доверчивых буратинок, – пробормотала Лена.

– И ведь не подкопаешься же. Каждый сам идет и сам свои денежки несет, никто силком не отбирает. Это очень умная политика, кстати.

– Но ведь были же случаи, когда мошенников таких разоблачали.

– Где-то были. Но у нас в городе – точно нет.

– Так есть шанс создать прецедент.

– Если там есть, на основе чего его создавать.