Крошина быстро отвернулась к окну и сделала вид, что роется в сумке, и в такой позе дождалась, пока кафе покинет и Арина. Они с сыном сели в припаркованную у музыкальной школы довольно старую «Мазду» и двинулись в сторону центра. Теперь можно было спокойно звонить Паровозникову, допивать кофе и настраиваться на звонок матери.

Андрей взял трубку почти сразу:

– Тебе что, так тяжело написать два слова?

– Ты не кричи на меня, я тут твою работу, между прочим, делаю, – обиделась Лена. – А не написала, чтобы ты сюда не рванул.

– Сюда – это куда же?

– Я в «Жареном солнышке» сижу, после суда заехала.

– А голос чего такой кислый? Проиграла, что ли? – Паровозников знал ее довольно неплохо, чтобы по каким-то мелким признакам вычислить, в каком Лена настроении.

– Можно и так сказать, – неохотно признала она. – Клиентка моя хотела больше, чем удалось отсудить. Ну, понятное дело, в этом я осталась виновата. Сижу вот теперь, выдумываю повод в бюро не возвращаться, а то мать размажет мою и так невысокую профессиональную самооценку по полу.

– Сочувствую. Хочешь, я ей позвоню и скажу, что вызвал тебя для какой-нибудь консультации? – предложил он.

– Даже не пробуй. Любое упоминание о моей прежней деятельности вызывает у мамы только раздражение, ты ведь понимаешь. Мне кажется, она обрадовалась, когда я к ней в адвокатуру пришла, она всегда этого хотела.

– Но ты мне реально нужна, я затем и спрашивал, где ты. Долго еще будешь сидеть? Я на машине, подскочу минут за пятнадцать.

– Хорошо, давай.

Паровозников влетел в кафе ровно через пятнадцать минут, непонятно, как ему удалось объехать пробки, связанные с начавшимися повсеместно дорожными работами.

Плюхнувшись за стол, он быстро огляделся по сторонам, увидел официантку и помахал ей рукой:

– Девушка! Кофе принесите, пожалуйста. Двойной, – уточнил он, едва официантка открыла рот для вопросов. – Без молока и без сахара.

– Минутку, – пропела она.

– Замерз, – пояснил Андрей Лене. – Выскочил из дома в футболке, как идиот, а на дворе не лето.

– На дворе лето, просто холодное. Опять с Надеждой ругались?

Паровозников только рукой махнул:

– Даже рассказывать не буду. Ты мне вот что лучше скажи – ты откуда про Долженкову узнала?

– А сидела она за соседним столиком.

У нее сын, оказывается, в музыкальной школе учится, вон, видишь старое здание с большими окнами? – Лена кивком показала направление. – Ну, вот она мальчика встретила, сюда с ним зашла, и за блинами они обсуждали предстоящую поездку в Испанию.

– Какая ей, на фиг, Испания, когда следствие идет?!

– Ну, это ты у нее спроси.

– И спрошу, – кивнул Андрей. – Когда ее на границе завернут – вот тогда и спрошу.

– Погоди… то есть подписку Петр не взял?

– Ну формально она не обвиняемая же.