— В чем дело? В чем дело?"

"Я остановился и спрятал «лейку», которую держал в руке.

— Не работа это, а дерьмо.

— Какого черта! Работа как работа, ясное дело. Контролер — профсоюзный председатель, и он готов сниматься — ну, как он не пускает ребят.

— Поехали домой, — сказал я.

Бронко Билл подошел ко мне вплотную. Янне подъехал и остановился как раз за нами.

— Что с тобой такое, а?

— Тут ничего для газеты нет. Просто неуклюжая попытка сделать рекламу, а наш главный сглупил и попался на удочку. Я еду домой. Хочешь остаться? Есть у тебя деньги на такси?

Теперь он так разозлился, что схватил меня за руку.

— Ах ты, сволочь! Много о себе понимаешь! Слышал, что ты плохо с другими сотрудниками уживаешься, но срывать задание?.. Придется мне об этой истории поговорить с шефом.

— Отпусти руку, — сказал я.

— А то что? — Он дергал меня за рукав.

— А то так тебе врежу, что навек запомнишь.

Он смотрел на меня секунды две. Потом оттолкнул меня и полез в машину. Я обошел ее и уселся рядом с Янне.

Тот улыбнулся:

— Ну, что я говорил! Театр финских любителей!

В тот вечер, совсем уже поздно, у меня был еще один выезд — автоцистерна перевернулась у Руслагстулль.

Мне удалось поговорить с Юлле, только когда был готов третий выпуск, а сам он закончил свой обычный долгий телефонный разговор.

Я стоял перед ним, держа в руке компьютерную дискету, а он разглядывал меня, будто впервые увидел.

— Тебе лучше быть поосторожнее, — сказал он. — Не лезть уж так на рожон.

— Это ты про Бронко Билла Свенссона?

Юлле кивнул.

— Да этого гада вообще нельзя подпускать к журналистике, — сказал я.

Юлле внимательно посмотрел на меня еще раз. Потом вдруг улыбнулся и кивнул. Я помахал дискетой.

— Говорят, ты в этом разбираешься, — сказал я. — Мне эту штуку прислала та девица, что звонила прошлой ночью.

Юлле взял дискету. Внимательно прочел записочку. Потом вставил дискету в компьютер и нажал на несколько клавишей.

— Тут ничего не получится, — сказал он. — Другой формат. Но я узнаю, что там записано. Можно взять домой?

— Ясное дело. Я завтра поздно приду, но Беата знает, где меня найти. Кстати, а та не звонила?

Юлле улыбнулся и замотал головой:

— Ни одного чокнутого этой ночью не было. Иди домой и поспи.

Я повернулся и пошел за своей сумкой.

То был совсем обычный рабочий день в «Утренней газете». Только одно было необычно. Я получил красное письмо от женщины, которую даже не знал.

И еще кое-чего я не знал — того, что этот рабочий день станет одним из самых трагических в моей жизни.

Четверг

Того, кто служит за барыш

И только деньги ценит,

В опасности не сохранишь,

И он в беде изменит.

Но шут твой — преданный простак,

Тебя он не оставит.

Лукавый попадет впросак,

Но глупый не слукавит.

У. Шекспир. «Король Лир».[10]3

Телефон звонил долго и пронзительно.