Вместе с нами следовали к новому месту службы два молоденьких, говорливых и веселых командира погранотрядов в ладной, тщательно отутюженной форме. Вчера они побывали в Главном управлении погранвойск. Теперь у одного сиял на груди новенький орден «Красного Знамени». А другой был повышен в звании.

– За что отметили? – спросил Фадей.

– Да было дельце в Средней Азии, – сказал орденоносец. – Банду прихлопнули из Афганистана.

– Чего, до сих пор лезут? – сочувственно произнес я, оторвавшись от окошка и откинувшись в мягком кресле.

– Конечно. Лезут убивать, грабить и баламутить народ. Но мы их ждем с горячим приемом.

– Теперь у вас западная граница впереди. Там расклады иные, – отметил Фадей.

– Да какие расклады, – отмахнулся пограничник. – Граница везде одинаковая – контрольная полоса, через которую мимо нас никто не пройдет. Пусть хоть всей Европой навалятся.

– Молодцы, – восхитился Фадей. – Боевой дух на уровне.

– А как же иначе!.. А вы какими судьбами на Украину?

– Так вареники там хороши, – засмеялся Фадей. – А еще охота с рыбалкой. Вот и будем охотиться. И удить.

– Ну, тогда удачи, – усмехнулся орденоносец, сворачивая разговор в другую сторону. Он понимал, к какому ведомству относятся двое в штатской одежде. И знал, что с такими спутниками лишние вопросы неуместны, а то и чреваты.

Летели мы долго, с одной промежуточной посадкой для дозаправки. Пограничники выставили бутылочку грузинской чачи – виноградной водки крепостью градусов семьдесят. Хорошая вещь, качественная. Но мы с Фадеем только пригубили. Не до чачи сейчас. Нам нужно по-быстрому разобраться с распахнутым окном на границе. Хоть наши попутчики и утверждали, что граница на замке, только нет таких замков, к которым не отыщется отмычка.

На аэродроме нас ждал видавший лучшие времена легковой «Форд» с молчаливыми водителем и сопровождающим сержантом НКВД. Мы сердечно распрощались с попутчиками. Ребята мне понравились своим веселым нравом и боевым куражом.

Через час мы пили чай в кабинете начальника областного УНКВД. Это был плотный, короткостриженый мужчина с буденновскими усами и бакенбардами, его речь была мягкая и сглаженная. Тут же присутствовали его заместитель по агентурной деятельности и оперативник, отвечающий за границу.

Нас приняли с видимым радушием и скрытой настороженностью. Все же товарищи из самой из Москвы, с полномочиями. Такие визиты могут закончится чем угодно – и повышением, и разжалованием, и даже арестом. Поэтому лучше разбиться в лепешку, но выполнить руководящие указания.

– Эти чертовы каналы перехода, – нервно провел пальцем по шраму на своем подбородке оперативник по границе лейтенант Стасов – крепкий, статный, лет тридцати, уверенный в себе. – Один не успеваем прикрыть, как другой уже появился.