Были у меня мысли, как с помощью Шахтера еще поиграть с «Картелем», потрепанным, но вполне живым. У подполья, думаю, осталось не так много квалифицированных убийц, так что основные приказы на ликвидацию пойдут этому звену. И мы будем в курсе, кого хочет убрать враг. И сможем вовремя принять соответствующие меры.

Плужников дал согласие – пускай пока живут. Эх, если бы знали мои руководители, для чего мне пригодятся эти белогвардейские убийцы…

Пересеклись мы на явке на Ярославке. Шахтер был задумчив. Остатки оптимизма у него улетучились.

– Явка моя работает до сих пор, – проинформировал он. – Но конкретно заданий никаких. Поблагодарили, что мы умудрились выжить. Сказали, что у организации не лучшие времена, и чтобы мы зарылись как можно глубже, вели себя тише. Работа будет. Но не сейчас.

– Все не успокоятся, неугомонные.

– Самое плохое, что у нас нарастает внутреннее напряжение. Звено на грани бунта. Еще немного, и дойдет до открытого неподчинения. И уже в расход не выведешь нарушителя. Спелись мои бойцы, все заодно. Мне кажется, Поп и его подручные знают больше, чем я. Чувствую, что меня убьют, – он погладил ладонью тщательно выбритую щеку. – Ну что же. Я знал, что руководство НОБС мне не простит излишнего любопытства к их неблаговидным делишкам. Знал, что это билет в один конец.

– Думаю, они тебя изначально хотели на силовой акции бросить в прорыв, под пули, или в спину выстрелить. Вроде никто не виноват – погиб в бою как герой. А потом молодежь на твоем примере учить – богатырь, сложил голову за святые идеалы.

– Может, и так… Как же надоело все. Просто жизнь не мила. Пора к Господу на суд. И не думаю, что он меня простит за все, что я сотворил. Но зато встречу отца, друзей… Или, может, опередить события и самому всех положить? Хотя могу и не справиться – они за мной все время присматривают, каждое движение секут. Но хоть погибну в бою.

– Это что за упадочнические настроения? – удивленно посмотрел я на него."

"Нет, конечно, у него и раньше наблюдалась склонность к драматизации ситуации и позерству. Но сейчас он всерьез был готов расстаться с жизнью.

– Ты же еще недавно собирался вкусить сладких плодов мести, посчитаться с НОБС и его заправилами. И пока у тебя это получается. Уже тем, что мы работаем вместе, ты подложил им огромную свинью.

– Это да, – кивнул Шахтер.

– Я тебе дам возможность подложить им еще большую свинью, элитную – прям как на сельхозвыставке, – я кивнул в сторону окна, в котором виднелись силуэт скульптуры «Рабочий и колхозница» и арка входа на ВСХВ. – Если у нас все получится, это им долго икаться будет. Заодно и решим проблемы с твоей командой. А пока успокой народ.

Я стал выкладывать на стол из портфеля упакованные пачки денег.