Но заставить исчезнуть, это задача, которая по плечу немногим.

Девица обмахнулась веером и лениво заявила.

— Ты что не видишь, он сейчас думает о том, как бы нас убить. Очередной идиот.

Третий участник этой небольшой группы сосредоточенно пялился на моих послушниц, а вот их лидер с деланным сожалением развёл руками.

— Вынужден признать, Ева права. Поэтому новое правило. Если вы не отвечаете в течение тридцати секунд, кто-то в этом доме умирает.

Судя по выражению глаз, он не шутил. И что раздражало больше всего — был полностью уверен в своих силах.

Правда была одна деталь, которая не укладывалась в их схему поведения.

Мы были ещё живы. Любой адекватный противник, уложил бы каждого из нас сразу, как появился на пороге и осознал, что мы беспомощны. А эти упорно продолжали вести беседу.

Конечно, всё можно было спихнуть на то, что они безумцы. Но на мой взгляд, это было бы слишком простым объяснением.

Смотря ему в глаза, обозначил лёгкое движение подбородком.

— Большинство старается придерживаться правил морали. Хотя бы формально.

Собеседник махнул в воздухе выставленным указательным пальцем.

— Вот видите? Даже вы согласны, что все они подходят к вопросу исключительно формально. Если дать им свободу действий и убрать всякую ответственность, немедленно возникнет кровавый хаос. Каждый десятый примется грабить, убивать, насиловать и пытаться забрать всё, что ему нравится силой. Такова уж природа людей.

Смертный, который рассуждал о человеческой природе — картина, которая в любое другое время меня изрядно развеселила. Но сейчас я пытался понять, как эти порождения Эребуса смогли заблокировать мои возможности.

И всё ещё не нащупал верного пути.

— Люди действительно таковы и с этим ничего не поделать.

Согласие далось легко, потому как отчасти этот паршивец был прав. Конечно, не все смертные были одинаковы. Если взять квартал населённый ветеранами легионов, то в случае нужды и хаоса, они объединятся и выстроят защиту по его периметру, защищая семьи и соратников по оружию. Но и здесь скорее сработает инстинкт самосохранения, чем заложенные в голову моральные принципы.

— Тогда для чего вообще нужны моральные догмы, если их считают фальшью? Кто-то готов переступить их в меньшей мере — дать взятку или пройти мимо человека, которому нужна помощь.

Кто-то в большей — может украсть, ограбить или изнасиловать. Так для чего они нужны, если всем на них наплевать?

Я слушал его и продолжал обдумывать версии. Пространственный карман казался логичным вариантом, но в этой теории имелась серьёзная нестыковка. Нельзя выдернуть энергетическую структуру из живой плоти так, чтобы та осталась в прежнем состоянии. По крайней мере, такое не под силу смертному.