Справа от него стоял ещё один юноша, покрепче. А слева девушка в наглухо закрытом платье до пола. Все трое были относительно юны — на вид не больше двадцати с небольшим лет.

Стоя вплотную к ним, я всё же почувствовал дуновение силы. Но что странно — сходу определить её природу не смог. Вроде и было что-то знакомое в этом фоне. Но у меня никак не получалось уловить, что именно.

Был ещё один, полностью непонятный момент — на них не среагировала защита особняка. К тому же я до сих пор не чувствовал Сандала.

— Кто вы такие?

Юноша в очках доброжелательно улыбнулся.

— Люди, что любят поговорить о глобальных проблемах мироздания. Вот вы, например, когда-нибудь задумывались, что есть человеческая мораль? Кто её создал? Как она изменяется? От чего зависит?

Договорив, шагнул вперёд — прямо на меня. А я неожиданно обнаружил, что клинок больше не светится от влитой в него силы. Да и кольчуги не было. Она что, сама по себе растворилась в воздухе?

Более того — ядра и сила не откликались. Только «искра» глухо ощущалась где-то в глубине.

— У вас неплохой меч. Не стоит ломать об меня такую сталь. Возможно она ещё кому-то пригодится.

Мьёльнир тоже молчал. Я не ощущал его разума. Как так вышло? Кто они такие? Не боги же?

Девица обмахнула себя веером, которые соткался в её в руке прямо из воздуха и недовольно заявила.

— Давайте уже зайдём. Вести беседу внутри куда приятнее.

Юнец в очках бросил быстрый взгляд себе за спину.

— Прояви вежливость, Ева. Ты же видишь, нас ещё не пригласили.

За спиной послышалось тихое ворчание Ульриха. Судя по тональности, потомок ётунов тоже не чувствовал свою силу. И ему это совсем не нравилось.

— Мы можем войти?

Тело смертного покрыла тонкая и причудливая вязь защиты.

Нечто подобное я видел у арабских племён, когда те накатывали на восточные провинции Рима. Но никак не ожидал встретить здесь.

У этой троицы был доступ к их собственной мощи. Тогда как мои люди, судя по всему, остались без силы. При необходимости, враги и так войдут внутрь. Да что там, если они захотят, то прямо сейчас могу прикончить меня, а потом и всех остальных.

Я отступил назад.

— Заходите. Побеседуем.

Юнец церемонно поклонился и зашёл внутрь. Я же попробовал пробиться к алтарю.

Бесполезно. Ни Стража, ни той силы, что хранилась в родовом артефакте, я не чувствовал.

Справа щёлкнул взведённый курок револьвера — Орлов держал оказавшегося внутри юнца на прицеле. А в левой руке была сжата артефакторная граната.

Пришлось отрицательно качнуть головой.

— Это всё равно не поможет. Уберите.

Секунду военный ещё стоял на месте. Мысль о том, чтобы пустить врагов в дом без боя, ему явно претила. Могу поспорить, капитан предпочёл бы погибнуть в схватке, чем вот так подставиться.