Но, вместо того, чтобы пойти в комнату, я так и осталась стоять на балконе, опершись на перила. И Егор так и продолжал стоять. Мы так и стояли, разделенные несколькими десятками метров двора, каждый на своем балконе. И молчали. Я видела его силуэт. Он видел мой силуэт. Мы могли бы написать еще что-нибудь друг другу. Но не написали. Просто стояли, смотрели на силуэты друг друга. И все.

А потом во дворе вдруг раздался громкий взрыв не очень трезвого хохота. Я вздрогнула, выплывая из тех странных мыслей, в которые я, оказывается, успела погрузиться. Были в этом облаке мыслей короткое прикосновение теплых губ, широкоплечая мужская фигура, роскошная упругая задница, яркие темные глаза и… И где-то все время крутилось слово «кардионагрузка», только совсем не со смыслом «кардио». Я подняла руку, резко махнула Егору и быстро вернулась в комнату.

Надо принять горячую ванну и попробовать-таки уснуть.

И это у меня получилось. Особенно когда мне под бок завалился Кефир и затарахтел. Под этот звук всякие не-кардио-картинки окончательно покинули мои мысли.

Чтобы вернуться уже во сне.

***Сделав выводы из ситуации со спиной, я, во-первых, стал делать ежедневную гимнастику, а, во-вторых, начал бегать. И вот прямо сегодня я бегал аж целый второй раз. Мне же нужны кардионагрузки. Надо же готовиться, так сказать.

Организм пока со значительным усилием вспоминал, что когда-то он бегал регулярно. Правда, это «регулярно» у меня так же регулярно выпадало, но я над собой работал. Вот и сейчас решил, что проблема со спиной — те самые звоночек и знак, которые должны меня подвигнуть на подвиги. Ну вот. Подвигли.

Но как результат: спина мокрая, в ногах легкий тремор, и дыхание все еще не адаптировалось. Я стоял у подъезда и жадно пил воду из бутылки, вызывая к себе сочувствующие взгляды идущих с пивом мужиков. Не-не, ребята, я пока в завязке.

— Егор!

Я от неожиданности предсказуемо обился и был теперь мокрый не только со стороны спины, но и на груди тоже. Обернулся. Нет, ну опять двадцать пять! Передо мной стояла та самая рыжая.

— Привет. Отлично выглядишь.

Ну да, облитый, потный, волосы торчком наверняка. Красавчик просто.

— Спасибо, — все же решил проявить вежливость я. Лучше всего делать вид, что между нами никогда ничего не было, и она просто моя соседка по дому. А с соседями принято хотя бы здороваться.

Рыжая молчала. Стояла, смотрела на меня и молчала. Мне вдруг стало неуютно под ее взглядом. Это, блин, странно, но я почувствовал, что она меня лапает. Взглядом! И мне это ни хрена не нравилось. Вот прямо даже захотелось вдруг безотчетно пах прикрыть.

Эй, не для тебя папа розу растил!

— Ты не передумал? — спросила вдруг она, пока я внутренне немного нервно ржал сам с собой.

— По поводу чего?

— Миша уехал.

Я вздохнул, сделал еще глоток воды.