— Я могла помочь Камышонку, — с горечью продолжала Мотылинка. — Я знала все, что ты делала. Я сама давала тебе и твоей подруге листья тимьяна, когда за вами гнались воины Ветра, помнишь? Но сегодня… я вообще перестала соображать. Я просто перепугалась и ничего не смогла вспомнить.

— В следующий раз вспомнишь.

— Если он у меня будет, следующий раз! — воскликнула Мотылинка и свирепо рванула траву своими острыми, изогнутыми когтями. — Теперь Коршун расскажет всем, что от меня нет никакого толка, и Пачкун пожалеет о том, что взял меня в ученицы. Меня никогда не будут уважать в племени, никогда!

— Разумеется, будут, — Листвичка подошла к подруге и зарылась носом в ее роскошную золотистую шерсть.

 — Очень скоро все забудут о сегодняшнем происшествии, вот увидишь.

Почему Мотылинка так уверена в том, что Коршун расскажет всему племени о ее неудаче? Слова подруги неприятно поразили Листвичку. Она ожидала от Коршуна большей преданности сестре."

"— Я знаю, о чем ты думаешь, — вдруг сказала Мотылинка, заставив ее вздрогнуть от неожиданности. — Коршун предан племени, а не мне, и никакому другому коту. Больше всего на свете он мечтает стать великим воином, все остальное ему безразлично.

«Совсем как Звездоцап», — содрогнулась Листвичка.

— Ты такая счастливая, Листвичка, — с тоской проговорила Мотылинка. — Ты чистокровная грозовая кошка, твой отец — предводитель племени. А моя мать была бродячей кошкой, и все об этом помнят.

Понурив голову, она отвернулась и, свесив хвост, поплелась вдоль реки.

— Скоро увидимся! — крикнула Листвичка, но подруга даже не обернулась.

Листвичке ничего не оставалось, как повернуть обратно. Она вернулась к каменной гряде и осторожно перешла на другой берег.

Добравшись до своей границы, она немного повеселела. Надвигающиеся Голые Деревья непременно предоставят Мотылинке возможность проявить свои способности, и соплеменники скоро забудут о ее первой неудаче. Помимо этого Листвичку так и переполняла гордость за свой собственный успех. Впервые в жизни она сама спасла жизнь коту! Она не сомневалась, что это только начало.

— Спасибо тебе, Пестролистая, — снова прошептала она, и ей показалось, будто в воздухе едва заметно пахнуло знакомой сладостью.

Она давно уже не чувствовала такого прилива сил.

Быстро подобрав оставленные Пепелицей стебли, она заторопилась в лагерь. Поднявшись на гребень холма, Листвичка замедлила шаг. Вся ее радость мгновенно испарилась, ледяной коготь вонзился в ее сердце, когда она услышала доносящиеся снизу горестные вопли. В следующий миг из лагеря выскочили Кисточка с Сероусом и, взлетев на склон, пронеслись мимо Листвички, даже не заметив ее.

Листвичка со всех лап бросилась в лагерь и, замирая от ужаса, выскочила из папоротников на поляну.