— Вы уже попадали в истории из-за огнестрельного оружия, мистер Джонсон. Мы просто подумали, что вы, наверное, много чего знаете. Может быть, в курсе чего-то. Может быть, слушок какой уловили, новость в этой сфере деятельности…

Петтифер говорил уверенно. Возможно, на девяносто процентов это была игра, внутри же он дрожал, как осенний листок на ветру, но внешне все выглядело вполне достойно, и это было главное. Ребусу нравилось, как держится Петтифер.

— Павлин, ваша честь, что называется, не доносчик, но в этом случае скажу прямо: если б слышал чего, первым бы к вам прибежал.

Но в смысле новостей ничего такого не было — тишь да гладь. А в протоколе отметьте себе, что торгую я лишь муляжами оружия — для коллекционеров, людей уважаемых, бизнесменов и прочее. Когда наверху и это запретят, будьте уверены, Павлин тут же свернет лавочку.

— И незаконное оружие вы никому не продавали?

— Никогда в жизни.

— И не слыхали, кто мог бы проводить подобные операции?

— Как я уже сказал только что — Павлин не доносчик.

— А переделками этого вашего коллекционного оружия кто мог бы заниматься?

— Чего не знаю, того не знаю, мистер.

Петтифер кивнул и опустил глаза к листам бумаги, таким же первозданно чистым, какими он положил их на стол. Во время этой передышки Джонсон обернулся к Ребусу:

— Ну, а как там в нашем телячьем вагоне, мистер Ребус?

— Не скажу дурного. Вроде как почище стало.

— Ладно, ладно. — Опять эта широченная улыбка, на этот раз сопровождаемая грозящим движением пальца: — Не удастся вашим наглецам-законникам потревожить меня в моем VIP-купе!

— Ты полюбишь Барлинни, Павлин, — сказал Ребус — А можно и переиначить: тамошние парни полюбят тебя, это уж точно.

Таких щеголей, как ты, там просто обожают.

— Ах, мистер Ребус, — вздохнул Джонсон, — мстительность — дурная черта и до добра не доводит. Спросите итальянских мафиози.

Петтифер заерзал на стуле, и ноги его шаркнули по полу.

— Может быть, нам стоит вернуться к вопросу происхождения у Ли Хердмана оружия…

— Вообще-то оружие теперь чаще всего из Китая к нам поступает, не правда ли?

— Я имею в виду, — несколько раздраженно поправил Петтифер, — как могло подобное оружие очутиться в руке такого, как Ли Хердман, каким путем?

Джонсон театрально развел руками:

— Обычным, я думаю.

Путем сжимания ствола. — Он рассмеялся собственной шутке, и раскаты его смеха гулко разнеслись в молчаливой тишине комнаты. Не поддержанный никем, он поерзал на стуле и попытался принять строгий вид.

— Большинство оружейников в Глазго обосновались. Поспрошайте тамошних ребят.

— Наши товарищи там как раз этим и занимаются, — сказал Петтифер.