В приоткрывшуюся щель всунулась голова констебля.

— С чаем не удалось, — сказал он.

— Мы, так или иначе, уже закруглились. Спасибо за хлопоты.

Оставив констебля запирать записи в шкаф, они вышли, щурясь на яркий дневной свет.

— Джеймс не слишком-то много нам поведал, правда? — сказала Шивон.

— Правда, — согласился Ребус. Мысленно он проигрывал беседу, ища, за что бы они могли в ней зацепиться. Единственное сколько-нибудь ценное — это то, что Джеймс Белл знал Хердмана. Ну и что такого? Масса людей в городке знала его.

— Поедем по Хай-стрит, поищем там какую-нибудь кафешку.

— Я знаю место, где мы сможем выпить чайку.

— Где?

— Там же, где и вчера.

Аллен Реншоу не брился со вчерашнего дня. Он был один, потому что отослал Кейт к подругам.

— Сидеть со мной взаперти ей не на пользу, — сказал он, провожая их в кухню. Гостиная осталась в том же виде, что и была, — фотографии не разобраны, не рассортированы и не убраны. Ребус заметил, что к фотографиям прибавились и сувенирные открытки. Взяв с дивана пульт, Реншоу выключил телевизор. Там шло видео — какой-то семейный праздник. Ребус решил не заговаривать об этом.

Волосы Реншоу были всклокочены, и Ребус подумал, уж не спал ли он одетым. Реншоу тяжело опустился на стул в кухне, предоставив Шивон хлопотать с чайником. Боэций растянулся на кухонном прилавке, и Шивон хотела его погладить, но кот спрыгнул на пол и удалился в гостиную.

Ребус сел напротив кузена.

— Я просто заехал узнать, как ты, — сказал он.

— Прости, что вчера оставил тебя с Кейт.

— Не надо извиняться. Спал хорошо?

— Слишком хорошо. — Реншоу невесело усмехнулся. — Способ забыться, что ли…

— Что с похоронами?

— Нам не выдают тело, все тянут с этим.

— Скоро выдадут, Аллен. Скоро все это кончится.

Реншоу вскинул на него покрасневшие глаза.

— Обещаешь, да, Джон? — и дождавшись кивка Ребуса: — А чего телефон не умолкает, репортеры одолели? Они, кажется, не считают, что скоро все кончится.

— Считают, считают. Потому и лезут к тебе. А через день-другой перекинутся еще на кого-нибудь, вот увидишь. Хочешь, я отошью особенно надоедливого?

— Там есть один парень, с которым Кейт говорила. Вроде бы он очень ее разозлил.

— Как его фамилия?

— Где-то мы ее записывали…"

"Реншоу поискал глазами вокруг себя, словно записка с фамилией могла находиться непосредственно у него под носом.

— Может быть, это возле телефона? — предположил Ребус. Аппарат стоял на полочке между дверями. Ребус поднял трубку — глухо. Он увидел, что шнур выдернут из розетки — это уже Кейт постаралась. Рядом с аппаратом лежала ручка, но бумаги не было. Он кинул взгляд подальше, к лестнице, и увидел блокнот. На первой странице были нацарапаны фамилии и номера телефонов.

Ребус прошел назад в кухню и положил блокнот на стол.