Малыш дремлет у меня в руках. Крошечный, курносый. Я мечтала о таком много лет. Так старалась, а вышло… Вышло то, что вышло. Сергей получил то, что желала, а я осталась как старуха из сказки у разбитого корыта. И этот вот огромный чужой мужчина, сидящий рядом, с интересом смотрящий на ребенка, как на диковинную зверушку… Я ведь и вправду не хочу, чтобы он исчез из моей жизни? Или хочу? Или… Я уже ни черта не понимаю.

– Рита. Приехали, – выдергивает меня из дум голос помощницы Горячева. А сам то он где? Боже, я заснула что ли? Наверное от нервов отрубилась, когда младенец успокоился. – Василий Георгиевич пошел договариваться об осмотре малыша. Уже звонил, вас ждут. Вы в порядке? Я могу помочь вам донести ребенка.

– Не нужно. Спасибо. Я в норме.

– Тогда идите в приемный покой. Шеф там ждет вас с педиатрической бригадой.

И я иду. Мальчик начинает возиться в своем одеяльце. Страшно, ужас. И Сережа будет недоволен и зол, что я без его ведома что-то сделала, что может опорочить его имя. И…

– Мальчика давайте и ждите вон там, – у меня из рук пытается выхватить ребенка молодой доктор в хирургической пижаме. А я не отдаю. Просто потому, что в таком раздрае нахожусь и совершенно деморализована.

– Нет, я должна с ним идти. Я…

– Папа, успокойте мамочку. Все будет хорошо, – обращается чертов докторишка к Горячеву, в глазах которого, ао моим ощущениям бушует адское пламя. Или эта какая-то боль затаенная?

– Мы не…. – Господи он совсем что ли? Он… Мамочка… Больно то как

– Дорогая, отдай ребенка, – приказывает чертов спаситель. Он ведь в очередной раз…. – Здесь профи, ему помогут.

Мальчика уносят, Я смотрю как зачарованная в спину медика.

– Вы совсем что ли? Фантазер, – зашипела я как кошка. Едва доктор скрылся за дверью. – Меня тут полгорода знает. А мужа моего так все знают. Неужели вы думаете, что кто-то поверил в эту гребаную ппрофанацию И мамочка из меня… Скорее уж бабушка.

– Я думаю, что тысяча зеленых денег вполне может вызвать амнезию у некоторых замечательных педиатров, бабуля. Или тебе так противно побыть немного моей… хм…? Прям ролевуха. Но вообще, если мы не счастливые родители, то лепилам придется накатать заяву в полицию. Как думаешь, для твоего Сережи это будет хорошо? Или все таки сделаем вид, что я любовь всей твоей жизни?

– А я кто?

– А ты… Мать моего сына, – странно он как то это сказал. У меня аж мурашки по коже волной пронеслись.

– Вы даже здесь извращуга и придурок, – вздохнула я. Он прав. Абсолютно прав. А я снова дура. – Но все равно спасибо. А матерью я быть не могу. К сожалению.

– Прости, если задел.

– Ничего, я привыкла. Спасибо, – я целую его в щеку. Для этого мне приходится встать на цыпочки. И, черт меня подери, я… Мне сейчас спокойно и хорошо.