Впрочем, у кайзера Вильгельма тоже не было претензий к работе германского посла в Лондоне: все документы были подготовлены с истинно прусской аккуратностью, и поэтому первый день Лондонской конференции прошел как хорошо поставленный балет. Британия не только стала членом Континентального Альянса, но и присоединилась ко всем его соглашениям, в результате чего образовалось единое евроазиатское пространство, от Ливерпуля до Токио свободное для движения товаров, людей, почты и капиталов.

Второй день мероприятия был посвящен французскому вопросу. Утром двадцать восьмого числа в холле отеля собрались самые яркие представители конкурирующих французских династий Орлеанидов и Бонапартов. Причем каждый такой представитель, претендовавший на титул «его королевского величества», был ярок по-своему.

Список кандидатов открывал тридцатидевятилетний принц Филипп Орлеанский, претендовавший на французский королевский престол под именем Филипп VIII. Свое образование этот человек начинал получать в высшей военной школе Сен-Сир, а после изгнания из Франции всех претендентов на престол закончил учебу в британском училище Сандхерст, но в британской армии не служил. До 1900 года проживал в Великобритании, а потом перебрался в Бельгию. Основным занятием и увлечением этого человека являлись полярные морские путешествия, что требовало от него храбрости, твердости характера и точного расчета.

Еще один представитель этого же семейства, двадцатичетырехлетний Фердинанд Орлеанский, герцог де Монпансье, являл прямую противоположность своему старшему брату – в том смысле, что вместо военного училища окончил Кембриджский университет и предпочитал путешествовать по жарким странам: Бразилии, Японии, Борнео, Индии и Французскому Индокитаю. Впечатления о земле и людях тех стран, где ему довелось побывать, он изложил в путевых заметках, которые собирался опубликовать позже. Помимо всего прочего, Фердинанд Орлеанский был сторонником учения Чарльза Дарвина, а это в начале двадцатого века требовало немалой научной смелости, ибо во многих местах эта теория считалась как минимум спорной. Еще поговаривают, что сей юноша балуется наркотиками, но сие пока не доказано.

Третьим претендентом был Жан Орлеанский, герцог де Гиз – единственный из всего клуба наследственных принцев, которому разрешалось проживать на территории Франции. Там его вместе с супругой Изабеллой (сестрой двух предыдущих претендентов) и сцапали германские власти для того, чтобы потом переправить в Лондон на этот турнир претендентов.