Я надела свободное черное платье, прикрывая еще даже не округлившийся живот, продолжая бояться и скрывать свое положение. Хотя спецслужбы оставили меня в покое сразу, как только всем стало известно о смерти Каина.

Но страх так прочно поселился во мне, что я все еще боялась очередного звонка представителей правопорядка, а идя по улице без конца вертела головой в поисках знакомых уже машин, которые преследовали меня долгий месяц.

Все было спокойно и, казалось, обо мне забыли.

В последний раз посмотрела в зеркало и вызвала такси. Погода в тот день мне благоволила – тихо и солнечно. Морозы на улице и в моей душе, наконец начали сменяться солнечными днями. Подняла голову, прикрыв глаза и спрятала руки в карманы, наслаждаясь прохладным воздухом. Меня мутило, а внутри все дрожало. От страха, предвкушения и сомнений."

"Села в такси, назвала адрес и опустила голову на сидение, смотря в окно невидящим взглядом, снова углубившись в воспоминания о Каине. Я словно наяву переживала заново каждую встречу. Помнила каждое слово и прикосновение. Тело болезненно заныло от неудовлетворенного желания снова ощутить вкус его губ, тяжесть тела и услышать его тихий вздох, как когда ему было хорошо. Со мной.

Таксист привез меня к пункту назначения, и я без проблем прошла внутрь. Поднялась на второй этаж и аккуратно постучала костяшками пальцев по обшарпанной двери с табличкой: «Старший следователь - Громов Константин Дмитриевич».

-Да, - услышала я. Робея и сжимаясь, тихонько вошла.

Он стоял около своего стола, снова одетый в клетчатую рубашку и джинсы. Рукава рубашки были закатаны до локтя, а сам Константин бегло просматривал какие-то документы.

Плотно прикрыла за собой дверь и посмотрела на него в упор. Я не была уверена в своей правоте с надеждой ища в жестах или взгляде старшего следователя подтверждения своей догадки.

-Вы что-то хотели? – обратился он, прежде, чем встретиться со мной взглядом.

Я сглотнула ком в горле, сотрясаясь всем телом и сжимая ладони в кулаки, мысленно умоляя его подтвердить или опровергнуть то, чего я не могла произнести вслух.

Несколько долгих мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а потом черты его лица смягчились, в глазах зажегся неведомый мне огонь, а Константин еле заметно кивнул, откладывая документы.

Я нерешительно сделала шаг навстречу, отслеживая его реакцию. Потом еще один, уже увереннее. И, почувствовав его молчаливое одобрение, быстро поравнялась со старшим следователем, обнимая его за талию и утыкаясь носом в каменную грудь. Вдыхая, наконец, столь родной запах. И оживая, согреваясь внутри. Оказавшись в его объятиях, забыла о всех своих тревогах. Боль утраты уходила, а у меня словно крылья выросли за спиной.

Константин бережно прижал меня к себе, рвано выдохнув.