Сесть за руль, включить музыку (ностальгическую, подростковой поры: ещё не опопсовевшие «Би джиз», диск «Одесса»), ехать по пустой магистрали домой, где спят дети. Что может быть лучше?

Недалеко от входа в клуб припарковался огромный джип. Дверь автомобиля была нараспашку, гордый владелец никелированного чудища стоял в картинной позе, оперевшись одной ногой на откидную ступеньку, и разговаривал по телефону. Кажется, Москва побивает все рекорды по количеству сотовых аппаратов на душу населения, мимоходом подумал Фандорин.

— Проблем нет, — говорил хозяин джипа, молодой мужчина в дорогой кожаной куртке и дымчатых очках (это ночью-то!), своему невидимому собеседнику. — Сейчас сделаем.

И вдруг властно придержал проходившего мимо Фандорина за рукав.

— Николай Александрович, садитесь в машину, сказал он негромко — сквозь стёкла блеснули очень спокойные, но неприятно сосредоточенные глаза. — С вами хотят поговорить.

Надежда на то, что всё обошлось, рассыпалась в один миг. Вот оно! То самое!

Сердце сжалось в черносливину, и тем не менее Николас сделал вид, будто ничего не понимает, ни о чём не догадывается.

— Со мной? — преувеличенно удивился он, сам чувствуя неестественность своей интонации. — Но кто? И зачем?

Сказал бы и сакраментальное: «Вы меня с кем-то путаете», да вот беда — обратились по имени и отчеству.

Оглянулся назад, увидел, что двое клубных вышибал смотрят в эту сторону. Немного приободрился.

— Никуда я с вами не поеду! — объявил он и попытался высвободиться.

Тщетно. Очкастый держал его за рукав двумя пальцами, но пальцы эти были стальными.

Сзади раздались тихие шаги, и в спину Фандорина упёрлось что-то твёрдое, круглое, небольшого диаметра. Он сразу догадался, что именно, хотя никогда прежде ему не приставляли к позвоночнику дуло пистолета.

— Без драматизма, уважаемый, — произнёс всё тот же мужчина. — Садимся, едем, сцен и хэппенингов не устраиваем.

Грамотная, даже интеллигентная речь бандита почему-то напугала Нику больше всего. Он в панике оглянулся. Увидел, что сзади стоят двое: у одного лицо сонное и нос уточкой, второй совсем молодой и, кажется, рыжеволосый, хотя в свете фонаря можно было и ошибиться.

Хуже всего было то, что, увидев оружие, вышибалы как по команде отвернулись. Очевидно, поняли, что тут не обычная потасовка, а серьёзный разговор.

И всё же садиться в машину к этим головорезам не следовало, кто бы они ни были — сообщники Шибякина или его убийцы. Хрен редьки не слаще. «Хотят поговорить»! Значит, убьют не сразу. Знаем, читали: прикуют к батарее, станут бить, задавать вопросы, на которые у тебя нет ответа. Или, если это «Неуловимые мстители», устроят какой-нибудь фарсовый суд над «гадом и обманщиком».