В моей жизни тогда творился самый настоящий хаос, отец был под следствием, но вместо того чтобы выполнять условия следователя, он поверил своим дружкам, которые в итоге от него и избавились… А принцесска была моей гаванью. Когда я влезал в окно ее спальни, все проблемы будто по щелчку пальцев оставались снаружи. Я готов быть раствориться в ней, бросил бы весь мир к ее ногам… но она меня предала.

Сначала щеголяла за моей спиной с утырком-Грушевским в роли своего парня, а потом и вовсе бросилась в его объятия когда моя одногруппница отправила ей дебильное фото со мной в одной постели. Со спящим мной! У меня там даже глаза были закрыты! Но Алисе этого показалось достаточно, чтобы поставить крест на наших отношениях… Такое впечатление, что она только и ждала повод! Она даже утра не дождалась, побежала к Грушевскому в ту же минуту, а тот только и рад был подгадить мне, да и на принцесску глаз положил еще давно. Звезды сошлись, не иначе. Только вот для меня та ночь стала худшей в моей жизни. Сначала я потерял отца, а спустя пару часов — любимую принцесску. И если отец ушел из моей жизни навсегда, то Алиса вдруг решила вернуться.

Видно, что она нервничает, но уже не трясется как два дня назад. Держу пари, она уверена, что дело в шляпе и я позвал ее сюда исключительно для того чтобы осчастливить и сказать, что сделаю все что она пожелает.

Нет, принцесска, боюсь тебя ждет великое разочарование. Я уже давно не тот наивный пацан, который был готов есть из твоих рук и выполнять любую твою прихоть.

— Я готов принять твое предложение, — хищно скалюсь и после паузы добавляю: — На своих условиях, разумеется.

На секунду на ее лице появляется растерянность, но она быстро берет себя в руки и даже выдавливает улыбку:

— Конечно, Марат.

Сама покорность. И скромность. Только вот второй раз я на это не куплюсь.

— Ты нашел лазейку? — робко спрашивает она, пока я сверлю ее взглядом.

— Нашел, — усмехаюсь.

— Я в тебе не сомневалась, — мягко произносит Алиса. — Что ты придумал?

— Может сначала договоримся о цене?

— Я согласна на любые деньги. Просто скажи сколько.

— Мне не нужны твои деньги, — бросаю ей без улыбки и видя ее выражение лица тут же добавляю: — Ты мне тоже не нужна, расслабься."

"С садистским наслаждением замечаю как ее лицо слегка дергается будто я ее оскорбил и предвкушаю ее реакцию на мои последующие слова. Мне хочется посильнее надавить, сковырнуть старые раны. Мне хочется сделать ей больно.

Умом я понимаю, что Алиса не виновата в том, что я вдруг вообразил себя отцом ее ребенка, а потом жестоко обломался. Всепоглощающее разочарование, которые пожирает меня уже два дня — результат исключительно моих собственных иллюзий.