Нас обоих устраивали эти отношения. В какой-то момент я понял, что у нас может быть что-то большее, чем просто секс. Я дал ей это понять, привез в свой дом, позволил больше, чем кому-либо… Мы не предохранялись, потому что она заверила, что ее противозачаточная спираль работает стопроцентно. А сегодня она мне заявила, что во время аварии был удар, спираль сошла со своего места, она об этом не знала, и получилось, то, что получилось.

— Из-за этого вы разругались? Ты сказал, что не веришь ей?

— Так прямо не сказал…

— А она от тебя что-то требовала?

— Нет. Сказала, что будет рожать, и меня больше не потревожит.

— А если все так, как она говорит?

— Я не знаю, пап…я сейчас разбитое корыто. Не знаю, что с этим делать.

— Обычно, в таких случаях женятся.

— Пап…где я, а где семейная жизнь? И дети в придачу.

— То есть, ты сделал женщине ребенка, винишь во всем ее и жалеешь себя?..

Сквозь туман выпитого виски, до меня доходит посыл отца. Я не смотрел так на ситуацию. Я жалею себя?..

— Сынок, решать, конечно, тебе. Это твоя женщина и твой ребенок. Но я вот сейчас сижу с тобой, и мое сердце болит, оттого, что у тебя проблемы. Тебе сорок лет, а я за тебя переживаю. А ваш ребенок, еще не родившийся, беззащитный, уязвимый. А вы ссоритесь, выясняете отношения, показываете друг другу свои амбиции. А кто подумает об этом маленьком человечке? Алан, вас уже трое…это твоя плоть и кровь. Или ты от него откажешься?

— Нет, конечно…, — мне становится не по себе — я буду им помогать, они ни в чем не будут нуждаться…

— Кроме отца…

— Я не вижу себя в роли отца.

— А ты и не увидишь, если не попробуешь, — он подходит к бару, наливает себе немного коньяка, выпивает — Ты ее любишь?

— Люблю.

— А сможешь без нее?

Я молчу, и так сказал достаточно. Виски помогло. Я не могу себе позволить распустить сопли, и рассказывать, что я чувствую к Вике. Смогу ли без нее? Сейчас мне кажется, что я без нее сдохну, что моя жизнь превратится в набор автоматических ежедневных действий, и что живым я уже не буду никогда.

Отец встает, кладет мне руку на плечо:

— Я не верю, что Вика могла тебя обмануть. И я очень рад, что у меня будет внук или внучка. Я тоже буду им помогать, чем смогу, пока бьется мое сердце.

Он выходит, а я впервые осознаю, что теперь меня с ней навсегда связывает наше общее продолжение — маленький человек, Захаров.

Глава 33

Вика

— Эй, соня, просыпайся. Уже одиннадцать.

— Сколько? Почему раньше не разбудила? — говорю Татьяне.

— Тебе нужно было отоспаться. Жду тебя на кухне, завтрак готов. Халат на кресле. Новый, кстати.

Принимаю душ, чувствую себя хуже некуда. Все болит и физически и морально. Ночью уснула только под утро, прокручивала наш с Захаровым разговор, потом наши встречи, случай в горах.