— Не спорю, — убрав руку, возвращает её на руль, чтоб сделать поворот.

Пока Потоцкий сосредоточен на дороге я разглядываю его. Стильная рубашка с закатанными до локтей рукавами, брюки красивые: тёмно-серые, обтягивают его бёдра и ширинку, на которую я имею наглость смотреть и вспыхивать от смущения.

После свадьбы Лёши две недели прошло. А я до сих пор каждую ночь перед сном представляю Данила: голого, сверху меня на огромной кровати в гостиничном номере.

Я не забыла его. Вряд ли когда-нибудь смогу забыть по-настоящему: так, чтоб образ этого человека не вызывал во мне никаких эмоций, чтоб было всё равно. Я то злюсь на него, то прибить хочется, а ещё бывает: хочется к нему… в крепкие объятия, чтоб сгрёб в охапку, сжал мои плечи мёртвой хваткой и не отпускал.

Припарковав машину напротив кафе, Потоцкий отстёгивает ремень безопасности и разворачивается корпусом в мою сторону. Серьёзный взгляд блуждает по мне вверх-вниз.

О нет… Только пусть не смотрит на меня так душераздирающе. Боюсь, что я уже на всё согласна, хотя он ещё ничего и не предложил.

— Скажи мне, Настя, было у тебя такое, что привычная и понятная тебе жизнь ломается ко всем ебеням? — спрашивает он, вызывая во мне недоумение. К чему бы это?

— Было.

— И как ты с этим справилась?

Пожимаю плечами.

— Не знаю. Работала много. А почему ты спрашиваешь?

— Да вот никак не могу себя взять в руки. Год назад, когда ты уехала, я думал, что смогу вернуться к своей привычной жизни, что всё будет по-прежнему. Я пробовал. Бухал. Был трезвым. С женщиной. И без. Встречался с друзьями. Замыкался в себе. Я находился в разном состоянии. Тебя забыть хотел.

— Не получилось — я так понимаю.

Качает головой, рукой тянется к своему заросшему щетиной подбородку. Задумчиво проводит по нему пальцами.

— Ты же знаешь меня, я не люблю ложь. Буду предельно честным. Без обид, Настён?

— Да какие обиды? — усмехаюсь я. — Если ты хочешь мне что-то сказать, то говори.

— Я, наверное, старым стал… пиздец как. Мне хуёво одному. Хочется, чтоб рядом была женщина. Днём выносила мне мозг, а ночью трахалась со мной как последняя шлюха.

— Так в чём проблема? Найди себе кого-то. Это же нормально — иметь семью, тем более, вы с Людкой десять лет были женаты. Ты просто не привык быть одиночкой.

— Не в этом дело, — возражает он, а я бровь выгибаю дугой. — Дело в тебе, Настя. После того как ты уехала я пробовал отношения с другими женщинами. Мне не зашло. Они все не ты. Даже если сделали бы себе пластическую операцию, одевались бы как ты, пользовались твоими духами и бегали с фотиком — все будут не тобой. Мне ты нужна, Настя. Рядом с тобой я почувствовал себя счастливым. Хоть ты и странная, моментами ебанутая на всю голову, но другая мне и не нужна.

Опешив, я не нахожу слов.