Переступив порог дома, прислоняюсь спиной к стене и несколько секунд даю своему сердцу перестать биться как сумасшедшему. Эмоции на разрыв, как и всегда происходит, когда я оказываюсь дома. Родные стены навевают на меня бурю воспоминаний, картинки оживают в голове в хаотичном порядке без календарной очерёдности: юность, детство, молодость, да всё подряд. Этот дом слишком много хранит в себе, как хорошего, так и не очень, но от этого я меньше любить его никогда не стану.

— Дети, проходите. Не стойте на пороге, — командует мама, как и всегда.

Переглянувшись с Данилом, идём вглубь дома.

В коридоре сворачиваем налево, я тяну мужа в ванную комнату помыть руки. Данил с игривым настроением сегодня, как только захлопывается за нами дверь, он прижимает меня к стене. Руки запускает под свитер, касается голой кожи ладонями, вызывая во мне то ли смешок, то ли писк со смехом. И целует страстно, языком толкается в рот, бёдрами упирается в мои бёдра. Даже через слой одежды я чувствую его эрекцию, поддаюсь вперёд и выдыхаю ему в рот тихий стон, когда его ловкие пальцы ныряют в чашечку лифчика и дразнят мой сосок.

Понимая, что мы с мужем заходим слишком далеко и если сейчас не остановимся, то точно займёмся сексом прямо в ванной комнате, я упираюсь ладонями в грудь Данила.

Глаза прикрыты, дыхание сбитое.

— Дань, нам надо остановиться, — на выдохе шепчу, а он прижимается губами к моей шее, кожу приятно покалывает от его двухдневной щетины на лице.

Поцеловав меня напоследок, Данил поправляет мой задравшийся до живота свитер. Смотрит пристально и неотрывно. Глаза в глаза.

— Что у тебя случилось? — вдруг спрашивает, а я уже думала, что он забыл о том разговоре перед поездкой к моим родителям.

 — Болит что-то?

— Нет.

Упрямо качаю головой, взгляд отвожу в сторону. Не хочу видеть его глаза, когда буду обо всём рассказывать. Обо всём — это преувеличено, конечно же. Обойдёмся без подробностей.

— У меня задержка неделю, сегодня я сделала тест на беременность, а он оказался отрицательным.

— Ты поэтому расстроилась? — киваю в ответ, а муж меня обнимает: — Иди сюда.

Уткнувшись носом в его плечо, ноздрями втягиваю любимый запах. Мелкая дрожь бежит по позвонкам. Не хочу, чтоб он меня жалел и говорил, что я зря парюсь.

Пусть лучше молчит сейчас, мне так спокойнее, что ли.

Он и правда молчит, хотя я его об этом не просила. Простояв обнявшись пару минут, мы выходим с Данилом из ванной, крепко держась за руки и переплетая наши пальцы в замок.

В зале нас уже все заждались, сидят за накрытым столом, взгляды устремлены в телевизор.

Тридцать первое декабря. До Нового года ещё остаётся десять часов, а у меня уже желание встретить его и завалиться спать.

— Ну что, наливай, Александр, — обращается мама к отцу.