Услышав, что продавать варвары ничего не собираются, парламентёры так же бесшумно ретировались.

Задумчиво посмотрев им вслед, Вадим задумчиво потеребил свой конский хвост и, вздохнув, пробурчал:

— Похоже, ожидание будет непростым.

— Ты это о чём? — не понял стоявший рядом с ним кормчий.

— О том, что в покое нас не оставят. Сам видишь, не успели прийти, а уже гости заявились.

— Ничего. Завтра уже будем спать спокойно. Сказали же, что нет ничего, — усмехнулся кормчий.

— Эта братия просто так на слово никому не верит. Сегодня толпой заявились, а завтра по одному приползать начнут, — покачал головой Вадим.

 — Ещё и сами проверить попытаются, есть чего, или вправду пустыми пришли.

— Ну, пусть попробуют, — фыркнул Юрген.

Слова Вадима оказались пророческими. Следующей ночью вахтенные будили экипаж трижды. Дальше хуже. Третьей ночью вода вокруг драккара просто бурлила. Не успевала одна лодка отойти, как к кораблю подходила другая, и всё начиналось сначала. Устав от такого внимания, Свейн пообещал снести башку первому, кто ещё раз осмелится сунуться к его кораблю.

Но этот ажиотаж не прошёл бесследно и для самих северян.

На четвёртый день к драккару пристал корабль таможенной службы, и знакомый уже чиновник, перебравшись на палубу корабля северян, мрачно спросил, с подозрением поглядывая на Свейна:

— Как понимать, что у ваших бортов постоянно крутятся представители местного дна?

— Мы бы и сами хотели это понять, — ответил Вадим вместо капитана.

— Хотите сказать, что приходя сюда, они уходят ни с чем? — скривился чиновник.

Вадиму сразу стало ясно, что он не верит ни одному его слову. Нужно было срочно делать что-то, что заставит его принять сторону северян.

Вспомнив, что в своей инспекционной поездке чиновник был так ошарашен их наглостью, что забыл приказать обыскать корабль, Вадим чуть улыбнулся и, пожав плечами, ответил:

— Вы и ваши люди лично обыскали наш корабль и позволили войти в порт. Кроме пушнины, у нас нет ничего, что могло бы заинтересовать этих людей. Так что, если охрана порта избавит нас от такого назойливого внимания, мы будем только рады.

— Вы это серьёзно? — растерялся чиновник.

— Совершенно. Эти отбросы мешают нам спокойно спать. Не хочется, проснувшись однажды, обнаружить, что часовые убиты, а корабль ограблен.

— Мы не можем приставить охрану к каждому кораблю, находящемуся в порту, — нехотя признался чиновник.

— В таком случае, думаю, вы не будете против, если мы вдруг применим самые суровые меры к тем, кто побеспокоит нас ещё раз? — с интересом спросил Вадим.

— Чего? — разинув рот, протянул таможенник.

— Ещё раз кто-нибудь сунется, утопим, — перефразировал свой вопрос Вадим.

— Ты это откуда такой взялся? — растерянно спросил чиновник.